На главную


ИСТОРИЯ

СВЯТО-ТРОИЦКОГО МУЖСКОГО МОНАСТЫРЯ В ДЖОРДАНВИЛЛЕ

В КРАТКИХ ЖИЗНЕОПИСАНИЯХ ЕГО НАСТОЯТЕЛЕЙ

В Православной Церкви издревле существует монашество, установленное Господом и Богом нашим Иисусом Христом, сказавшим богатому юноше: «Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим: и имети имаши сокровище на небеси: и гряди вслед Мене» (Матф. 19, 21). Принимая славный ангельский образ, постригаемый благоговейно и торжественно отрекается от всех плотских похотей настоящей земной жизни и суетного мирского мудрования, обещая активно стремиться к Богу. Но монах, по выражению блаженного Августина, добровольно «умирая, чтобы не умереть» и отвергая мир, не оставляет его. Это видно из нашей собственной истории, ибо на Руси средоточием народного просвещения и духовно-культурной жизни были монашеские обители, напоившие «живой водой» (Иоан. 4, 10), как оазисы в пустыне, наших предков, «алчущих и жаждущих правды» (Матф. 5, 6). Иноки, подвизавшиеся в монастырях, с удивительным трудолюбием сохраняли науку, литературу, искусство, культуру и еще больше, чем последних сих – православно-христианскую веру, духовность и нравственность, занимаясь ревностной миссионерско-просветительной деятельностью.

 

В Русской Зарубежной Церкви около 20-ти мужских и женских монастырей. Об одном из них, наименованном Блаженнейшим Митрополитом Анастасием (Грибановским; + 1965 г.) «Зарубежной Лаврой» и «нашей духовной крепостью» – Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, шт. Нью-Йорк, повествуется в настоящем издании. Кто же были зачинатели этого дивного монастыря Живоначальной Троицы и преподобного Иова Почаевского, являющегося духовным центром русского рассеяния?

 

АРХИМАНДРИТ ПАНТЕЛЕИМОН (НИЖНИК; + 1984 г.)

В 1930 г., по благословению Архиепископа Северо-Американского Аполлинария (+ 1933 г.), эта святая обитель была основана приснопамятными иеромонахом Пантелеимоном (в миру Петр Адамович Нижник) и духовным его сыном псаломщиком Иваном Колосом, ищущими иноческого безмолвия, подобно тому, как и некогда братья-подвижники Стефан и Варфоломей, невдалеке от Радонежа, «поставили келейку и церковку» – будущую Троице-Сергиеву Лавру.

Отец Пантелеимон родился 16-го января 1895 г. в полуселке Речица, Гродненской губ., Пружанского уезда, Городечнянской волости, в бедной большой семье. Когда ему исполнилось 18 лет, родители хотели его женить. «Мне очень не хотелось жениться, – вспоминал позже отец Пантелеимон, – и я упросил родителей отпустить меня в Америку, обещаясь присылать им оттуда деньги». Петр знал, что многие его сверстники так поступали: ездили в США, зарабатывали там деньги, присылали их в помощь своим семьям и этим создавали свое материальное благополучие. «Многие молодые люди, мои товарищи по школе, – вспоминал отец Пантелеимон, – уезжая в Америку верующими, возвращались оттуда, через год-два, ожесточенными неверами. Мои родители, в особенности мать, были люди простые, неграмотные, но верующие. Мать, видя, как действует на молодежь «заграница», очень часто и безутешно плакала. Я не выдержал и спросил ее: «Мама, почему ты так плачешь?» Она сквозь слезы ответила: «Сынку, не потеряй Бога...» Эти слова моей матери остались у меня в сердце и в памяти на всю мою жизнь».

В 1913 г. 18-летний юноша прибыл в Америку. Первым испытанием для Петра была первая же его работа на сахарном заводе близ Чикаго. Работая здесь и в праздничные, и в воскресные дни, Петр стал задумываться о том, что «в Америке нельзя правильно жить – по-христиански, как живут люди у нас дома, и я часто мысленно просил Бога: скажи мне, Господи, путь, в онь-же пойду».

Но Господь как бы испытывал твердость стояния юноши в вере православной. Для Петра незыблемой основой хранения отечественной веры, вдали от Родины, был слезный наказ благочестивой матери: «сынку, не потеряй Бога». И юноша, никем не руководимый, предоставленный, среди окружающего его соблазна, самому себе – был тверд и непоколебим завету своей матери.

Прошел год. Наступила Первая мировая война. Неприятель вторгся в родные пределы. Многие села и деревни, в том числе и Речица, были разорены и сожжены, а родные «разбежались по всей России».

Печальные вести в период военного лихолетья доходили до слуха Петра из России. Боевые успехи чередовались с неудачами, пока не завершились страшной октябрьской революцией 1917 г.

И Петр, усиленнее прежнего, стал задумываться о своем будущем. Усерднее стал молиться и просить у Бога помощи и указаний. Внешние искушения одолевали Петра, но «внутренний голос, голос Ангела-Хранителя, – вспоминал отец Пантелеимон, – ободрял меня не боятся диавольского навождения, и выбросить из головы мечты об устройстве непрочного земного благополучия».

1917 г. был переломным в жизни Петра. 18-го апреля 1918 г. 23-летний юноша поступает в Тихоновский монастырь, основанный в 1905 г. архиепископом Северо-Американским и Алеутским Тихоном, будущим Всероссийским Патриархом-Исповедником. В 1920 г. он принимает монашество и рукополагается во иеродиаконы, а 10-го апреля 1921 г. в сан иеромонаха.

Об этом времени архимандрит Пантелеимон вспоминает: « В 1918 г. я поступил в Тихоновский монастырь в Пенсильвании и через два года принял монашество и был сначала рукоположен во иеродиакона, а затем и во иеромонаха. В течение десяти лет, которые я провел в Тихоновском монастыре, я видел, что там трудно жить настоящей монашеской жизнью молодому монаху, и я стал подумывать, где бы себе найти такое место, где можно было бы вести настоящую монашескую жизнь. В этом мне помог отец Иосиф, тогда Иван Андреевич Колос, который был регентом-псаломщиком на приходе. Я познакомился с ним в монастыре. Он приехал к нам пожить и отркыл мне, что тяготится своей службой на приходе и хотел бы принять монашество. Я также открыл ему свое намерение. И вот мы решили заработать немного денег, чтобы купить где-нибудь участок земли. Для этого я поступил на работу на аэропланный завод Сикорского в г. Стратфорде, а Иван Колос пока остался на приходе. В 1928 г. мы купили участок земли, на котором ныне расположен наш Свято-Троицкий монастырь. Но мы продолжали работать на заводе пока полностью не выплатили за землю. В это время к нам присоединился еще один монах из Тихоновского монастыря – отец Иаков. В 1930 г., весной, после Пасхи, я оставил работу на заводе и приехал на свою землю. Все было здесь запущено, тишина кругом и - ни души. Несколько раз я восходил на холм, в лесу, наслаждался окружающим покоем и видел оттуда свое хозяйство: старенький – без окон двух-комнатный домик и при нем колодец, а в других концах еще четыре колодца – вот и все, а кругом лес и тишина – пустыня. Первой моей хозяйственной покупкой, помню, был небольшой металлический чайник. Выйду, бывало, из домика на двор, зажгу дровишки между тремя камнями и на них поставлю чайник с водой, а сам – в Джорданвилль, в лавочку за продуктами. Приду назад – чайник закипел, и завтрак готов. Первыми собратьями обители были монах Иаков, старенький дьячек Иван Морозов, Филипп Писарик, монах Филарет, а позже присоединилилсь к нам два регента – Петр Иванович Козлов (впоследствии иеромонах Павел) и Иван Андреевич Колос (впоследствии архимандрит Иосиф)» («Православная Русь», сентябрь 1980 г.).

К весне 1935 г. после многих слез и трудов в построенном малым братством корпусе был окончательно отделан храм в честь Живоначальной Троицы.

В Духов день того же года было совершено освящение выстроенного храма и всего монастыря, возглавленное Епископом Виталием (Максименко; + 1960 г.), видным наместником, в прошлом, Почаевской Лавры. В тот день братию посетило огненное испытание, в конце литургии был замечен огонь на втором этаже монастырского дома, за несколько часов сгоревшего до тла, «как живая жертва Авелева». «По прибытии Архиепископа Виталия в Америку, вспоминает отец Пантелеимон, мы обратились к нему, чтобы он возглавил наше монашеское братство. На новом месте мы п режде всего, конечно, занялись совершением положенных ежедневных богослужений, а между ними устройством хозяйства. Мы купили корову и двух лошадей и начали заниматься земледелием. Начали строить сарай для хранения сена и завели молочное хозяйство. Из своего леса мы заготовили матерьял для постройки жилого помещения на 16 келлий и домовой церкви. В это время к нам присоединился хороший плотник, иеромонах Илья (Гаврилюк), и в 1935 г. была окончательно отделана церковь, которая в день освящения – сгорела. Это было Божие испытание нашей веры. Таковы были первые шаги по созданию этой нашей обители, которая, с помощью Божией, ныне все растет и растет и за короткое время своего существования превратилась в Зарубежную Лавру. Слава Богу за все»!

И вот, «огненным крещением очистил Господь это место, чтобы на нем собрались те, кто готов на полное самоотречение, молитвенные подвиги, тяжкие труды и лишения» («Россия», № 233, 1935 г.). На следующий день за богослужением в предоставленном местными американцами помещении, псаломщик Иван Колос (позже архимандрит) был пострижен в монашество Епископом Виталием с именем Иосиф. Братия, оставшаяся под открытым джорданвилльским небом, не поддалась противному подлинно-христианской жизни унынию, а, уповая на неоскудевающую помощь Божию, приступила к восстановлению обители и, уже осенью того же года, покупают двухэтажный дом, значительно больше по объему, лучший качеством и удобный внутренней планировкой.

По милости Божией, к середине 40-х годов строители-монахи Свято-Троицкого монастыря смогли выплатить долги за постройку, расплатиться окончательно за купленный дом, достроить сарай на 80 голов рогатого скота, увеличить объем молочного хозяйства, приобрести дополнительно 200 акров земли, купить все необходимые селько-хозяйственные орудия, приобрести типографию и, вскоре, в процессе улучшения своего печатного дела, купить новый, из лучших в то время, линотип, набор церковно-славянского шрифта и большой 16-страничный печатный пресс.

Разве все это – не милость Божия, разве здесь не явное исполнение обетования Господня: «по вере вашей, да будет вам»? Подвижники-строители твердо верили в помощь Божию и явно ее ощущали во всех своих делах и начинаниях. Бывали случаи, вспоминали архимандриты Пантелеимон и Иосиф, когда в момент крайней нужды и, казалось бы, полной безнадежности, – в молитвах черпая надежду и утешение, что Господь не оставит их и скоро окажет им помощь, – «тут же почтой приходило письмо, а в нем неожиданная жертва благодетеля».

В 1946 г. Троицкая братия начала строить величественный златоглавый каменный собор, в чем оказал большую помощь своими щедрыми пожертвованиями профессор Николай Николаевич Александров, вступивший в число братства.

АРХИЕПИСКОП ВИТАЛИЙ (МАКСИМЕНКО; + 1960 г.)

Теперь несколько слов об архиепископе Виталии (Максименко), почившем авве Троицкой братии, о котором Архиепископ Западно-Американский и Сан-Францисский Антоний (Медведев; + 2000 г.) писал: «Родился он у берегов Азовского моря в 1873 г. в семье бедного диакона Иоанна Васильевича Максименко и Ефросинии Феодоровны, имевших семь детей. Будущий Владыка был четвертым. При крещении назван Василием. Отец скончался от гнойного плеврита, полученного на рыбной ловле, а через год и мать – от тоски. «Сиротские мыканья» начались, когда Васе было семь лет. Учился мальчик хорошо сперва в Мариупольском Духовном Училище, бедствуя материально. С такими же бедными товарищами он в первый свой школьный год не смог поехать на каникулы, а лакомился на пустыре горькой травой, которую дети называли «кресс-салатом». Со второго года стало легче, потому что брат, окончив семинарию, стал надзирателем Васиного духовного училища. Очень хорошо закончив потом духовную семинарию, Василий был принят в Киевскую Духовную Академию, но на втором курсе пережил там беду. За участие в протесте против недобросовестности эконома, прямолинейный студент Максименко был исключен из академии с «волчьим паспортом», т.е. без права поступления в другое учебное заведение. И стал он учителем, впрочем, «со всем молодым жаром». За это матери приохотившихся ребят кормили его по очереди, как пастуха. Неожиданно в судьбу Василия Ивановича вступает молодой епископ (будущий митрополит) Антоний (Храповицкий; + 1936 г.), этот поистине «гора любви». Под свое поручительство он добивается отмены «волчьего билета». Студент Максименко принят в Казанскую Духовную Академию. Там он переживает «монашеский кризис» и принимает постриг. У него тогда начинался туберкулезный процесс, но Владыка Антоний, постригая, дал юноше имя Виталий, что значит: «жизненный», и сказал: «будешь жить долго!» Далее, в Александровской Миссионерской Академии отец Виталий, уже иеромонах, преподает богословские предметы: Литургику, Пастырское богословие и Гомилетику, а с ними еще и физику. Невдалеке есть лепрезорий, в котором больные проказой, а иеромонах их посещает. В семинарии же отец Виталий бросается с одеялом спасать студента, нечаянно опрокинувшего керосиновую лампу и вспыхнувшего, как факел. Получив сам сильные ожоги, отец Виталий потушил огонь, а несчастный семинарист прожил недолго. Не отсюда ли мысль отца Виталия, когда впоследствии было его наречение во епископа, заимствовала сравнение предстоящего ему служения с готовностью бороться с огнем? Сказав тогда о церковных разделениях и о письмах, исполненных желания преодолеть их, архимандрит Виталий говорил: «Что же в такой назревшей обстановке делать?! Отказаться? Нет! Когда пожар, не спрашивают себя: умею ли я тушить? Когда кто тонет, не раздумываешь: искусен ли я в плавании? Но бросаешься спасать»... (Архиепископ Западно-Американский и Сан-Францисский Антоний: «Приснопамятный Архиепископ Восточно-Американский и Джерзиситский Виталий» , Православная Русь, № 6, 1985 г.).

Блаженнейший Митрополит Антоний расцвет в жизни Почаевской Лавры в значительной мере приписывал трудам архимандрита Виталия, который, по словам приснопамятного Владыки, «распял себя для народа и Церкви». Как только Владыка Антоний прибыл на Волынскую кафедру и ознакомился с положением Почаевской Лавры, он сейчас же предложил иеромонаху Виталию, состоявшему в течение 3-х лет преподавателем Ардонской Духовной Семинарии на Кавказе, перейти на службу в Почаевскую Лавру для организации в ней миссионерского и церковно-издательского дела. Иеромонах Виталий охотно откликнулся на это предложение и, указом Святейшего Синода от 29-го ноября 1902 г., он был уволен от духовно-учебной службы и назначен в распоряжение Преосвященного Волынского с возведением в сан архимандрита. Резолюцией правящего архиерея от 2-го декабря 1902 г. отец Виталий был назначен проповедником Слова Божия, типографом и членом духовного собора Почаевской Лавры. В 1903 г. архимандрит Виталий был назначен редактором издаваемого Лаврой «Почаевского листка» и официальной части «Волынских епархиальных ведомостей», а с 1910 г. он редактировал журнал «Русский инок». С началом народно-миссионерской деятельности архимандритом Виталием было организовано при Лавре «Типографское братство» и была расширена и переорганизована Почаевская типография. Все братство Лавры насчитывало до 360 человек, типографское же братство в период своего расцвета, вместе с учениками и мастерами, насчитывало до 150 человек. Архимандрит Виталий являл собой пример суровой аскетической жизни и неустанного труда для народно-миссионерского и церковно-просветительного дела. Кроме того, архимандрит Виталий фактически стал руководителем церковно-народной патриотической организации «Союз Русского Народа», которая оказывала благотворное влияние на политическую, общественную и экономическую жизнь русского народа на Волыни. Во главе отделов «Союза Русского Народа» стали преимущественно церковные деятели, что обеспечивало влияние Церкви на все стороны народной жизни. Благодаря различным экономическим предприятиям, удалось добиться освобождения русского народа от власти местных эксплоататоров, которые были особенно опасны в этом крае и до этого времени господствовали здесь. На Волыни появилась сеть народных кооперативов и читален, благодаря чему корчмы значительно опустели и пьянство среди народа сократилось. Для крестьян был обеспечен дешевый кредит. В Почаеве «Союзом Русского Народа» был открыт Народный Банк, где обороты банка к 1915 г. достигали до двух миллионов рублей в год. Нигде в России не было поставлено так твердо и хорошо народное дело, как на Волыни, причем работа эта протекала в полном согласии с местными земскими учреждениями. В руках архимандрита Виталия сосредоточились выборы в Государственную Думу, куда могли пройти только рекомендованные им кандидаты. Приходских школ значительно расширилась и были созданы двуклассные народные школы. На Почаевских «отпустах» и во время крестных ходов из народа привлекались чистые и отзывчивые юноши к активной церковной работе. Некоторые из них поступали в монахи, а другие в работники «Типографского Братства», а более взрослые, привязанные к семье, составляли кадры ревнителей на местах, входя в состав «Союза Русского Народа», который насчитывал до полутора миллиона членов.

«Лаврским богомольцам во дворе он проповедывал неутомимо, – вспоминает Архиепископ Антоний (Медведев), – а что касается храмостроительства, так для достойного хранения найденных разбросанных на земле останков казаков Богдана Хмельницкого, загнанных поляками (воевавших с ними и численно во много раз превосходившими) в болото и там истребленных, архимандрит Виталий воздвиг храм, известный под наименованием «Казацкие могилы» близ Берестечка. Этот храм в дни «отпустов» становился большим алтарем огромного храма под открытым небом. Что касается типографии, в которой архимандрит и трудился, и жил, не имея покоя, на второй год мировой войны он эвакуировал ее Здолбуново, где она еще работала. Разграбил ее в Здолбунове Петлюра, а остатки в Польше – большевики.

Революция потрясла отца Виталия. Он прибыл в Могилев, желая совершить литургию в присутствии Государя, но не был допущен.

В январе 1918 г. в одну из поездок, вероятно, из Здолбунова в Киев он служил в разрушенной Великой церкви Лаврской, сослужа священномученику Владимиру, митрополиту Киевскому. Это была последняя литургия святителя за несколько дней до его мученической кончины.

Но вот, последовали и два ареста архимандрита Виталия. Первый, когда он с митрополитом уже Киевским и Галицким Антонием (Храповицким) и с архиепископом Волынским Евлогием был заключен в униатском монастыре Бучаче. А второй арест был произведен в храме на «Казацких могилах». Не дали совершить литургию и отвели в заключение в жуткий подводный каземат в страшном Демблине. Было там и избиение на допросе. Совершил отец Виталий там литургию, имея собственную грудь вместо антиминса. Так причастился он Святых Таин. Благодарение Богу, нашлись добрые люди, хлопотавшие, а то ведь угрожала смерть. Обвинение было фантастическое: якобы в руководстве украинскими повстанцами. Освобожденный он служил некоторое время в епархии Владыки Владимира Белостокского.

И снова на помощь приходит митрополит Антоний. В Польше нельзя оставаться. Благодаря помощи Святейшего Патриарха Сербского, митрополит Антоний выписывает своего питомца в Сербию. Из Сербии отец Виталий переселяется в Чехословакию в село Ладомирову, называвшееся русскими Владимирова. Здесь сперва он поселяется в крестьянской избе, но постепенно около него собирается монашеское братство, устраивается обитель, начинается работа типографская, издательская, так как Лемковский студенческий комитет передал отцу Виталию походную Червоно-Русской Легии принадлежавшую прежде типографию. В 1932 г. сербский епископ Дамаскин освящает помещение, а в 1933 г. Русская Церковная типография преподобного Иова Почаевского освидетельствована и официально государством признана. «Так, после 15-ти лет труда, писал потом Владыка Виталий, помог мне Бог, трудящаяся со мной братия и добрые люди реставрировать историческую типографию преподобного Иова Почаевского. Основана она была около 1618 г. Существовала до 1918 г. И вновь восстановлена в 1933 г.».

Параллельно с издательской работой шла пастырская в приходах карпато-русских, возвращавшихся из «унии» в Православие. Вначале их было восемь, впоследствии до двадцати четырех. Юрисдикция над приходами была Сербская, а над обителью и типографией – Русская Зарубежная.

Архимандрит Виталий был весьма строг к себе и требователен к братии, более требователен, чем уже позже в Америке, когда уже и сам постепенно должен был освобождать себя от ряда дел. Владимирову и этот период жизни в ней будущий архипастырь любил особенно. Газета «Православная Русь», календари вслед за богослужебными книгами были предметом его заботы. В типографском корпусе был поставлен образ преподобного Иова, присланный в благословение из Почаева. Преподобный и сам изображен на типографском послушании, среди рукописей и шрифтов. И братия, начиная день, шла благословиться у него перед этим образом.

В том же 1933 г., когда и Почаевская типография была восстановлена, скончался архиепископ Северо-Американский и Канадский Аполлинарий, вынесший на себе все последствия «Платоновского раскола». Обстоятельства потребовали назначения в Америку сильного архипастыря. До сих пор всероссийски-известный архимандрит Виталий уклонялся от хиротонии сперва в России на кафедру Кременецкую, потом Уманскую, а затем и в зарубежье, когда четыре уже раза призывался архиерействовать в Америке. Но тут митрополит Антоний поставил вопрос категорически: откажется архимандрит Виталий от хиротонии, откажется митрополит быть его старцем-отцом духовным. После нескольких бессонных ночей архимандрит Виталий простой открыткой ответил согласием своему Авве. Было тогда ему 60 от роду, из них 35 лет в священном сане, но юность и энергия чувствовались в его словах и посланиях. И вот слова его из послания перед поездкой в Америку: «Перед посвящением во епископа такое именно обещание дал я Богу: все силы отдать на умиротворяющую работу в Церкви».

Слова Владыки не расходились с делом. В 1934 г. ради мира посмертно сняты прещения, наложенные нашими архипастырями на митрополита Платона и его викариев. В 1935 г. Американская епархия, выросшая в митрополичьи округ, возвращалась в состав Русской Зарубежной Церкви, и держалась так лет 20, до Кливлендского собора» (Архиепископ Западно-Американский и Сан-Францисский Антоний: «Приснопамятный Архиепископ Восточно-Американский и Джерзиситский Виталий» , Православная Русь, № 6, 1985 г.).

АРХИЕПИСКОП СЕРАФИМ (ИВАНОВ; + 1987 г.)

Новохиротонисанный епископ Виталий, уезжая в Америку в 1934 г., назначил архимандрита Серафима (Иванова; + 1987 г.) своим заместителем. Архимандрит Серафим, ставший впоследствии Архиепископом Чикагским и Детройтским, родился 1-го августа 1897 г. Родители его – Георгий и Вера позаботились о хорошем образовании сына, который окончил Курскую классическую гимназию и затем учился год в Московском университете. В 1916 г. он пошел добровольцем на фронт и участвовал в составе 1-го Сибирского корпуса. В дальнейшем он был участником Добровольческой армии – сначала в составе Корниловского полка, а затем в Марковской артиллерийской бригаде. После эвакуации будущий Владыка Серафим оказался в Белграде, где стал интересоваться богословием. Здесь он окончил сначала философский, а затем и богословский факультеты. В 1926 г. во время посещения Святой Афонской горы, в русском Пантелеимоновском монастыре, в день памяти преподобного Серафима Саровского, он был пострижен в монашество. В том же году будущий Святейший Патриарх Сербский Варнава (+ 1937 г.) рукоположил его во иеродиаконы и вскоре во иеромонахи. В 1928 г. иеромонах Серафим был принят в число ладомировского братства.

Под руководством отца Серафима братство много потрудилось на миссионерском поприще, печатало богослужебные книги, религиозно-просветительную литературу, церковные календари и другие книги, а также и газету «Православная Русь», редактором которой и был архимандрит Серафим. Во время Второй мировой войны архимандрит Серафим напечатал огромное количество книг. Собирая средства на это дело, он ездил в Болгарию. Он надеялся, что со временем ему удастся доставить богослужебные книги и, вообще, всякую церковную и просветительную литературу в Россию. Труды братства способствовали развитию церковной жизни в трудных беженских условиях, ибо все новооткрывшиеся церкви в беженских лагерях и других местах снабжались напечатанными ладомировским монастырем книгами. Многих трудов стоила и эвакуация братства преподобного Иова Почаевского из Ладомировой на Карпатах; сначала пришлось остановиться в Германии, а после войны братия перебралась в Швейцарию. Здесь в начале 1946 г. отец Серафим на основании указа Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви был хиротонисан во епископы Блаженнейшим митрополитом Анастасием и архиепископом Иеронимом.

В том же году монашеская братия во главе с епископом Серафимом прибыла в США в Свято-Троицкий монастырь. Единогласным решением объединенной монастырской братии и утверждением архиепископа Виталия, настоятелем Свято-Троицкой обители был избран епископ Серафим. Им же было восстановлено печатание церковно-общественного органа «Православная Русь» и возглавлена монастырская типография. Вскоре же по сем в монастырь прибыл иеромонах Константин (Зайцев; + 1975 г.), ставший редактором «Православной Руси» и проявивший себя на этом послушании как «бескомпромиссный ревнитель церковной правды» («Прав. Русь», № 22, 1954 г.).

В 1948 г. архиепископ Виталий возглавил монастырь, а епископ Серафим стал заниматься подготовлением точки опоры для Архиерейского Синода в США. Владыка Серафим выхлопотал у князя Белосельского в дар Русской Зарубежной Церкви загородное имение в Магопаке и переехал туда, устроив Ново-Коренную Пустынь, и собрал там свою небольшую братию. Таким образом, когда митрополит Анастасий с Архиерейским Синодом прибыл в США, у него была готова база для дальнейшей деятельности.

В том же 1948 г. был освящен пещерный храм преподобного Иова Почаевского, находившийся в нижней части строившегося монастырского собора. Церковно-всенародное торжество великого освящения собора, состоявшееся 13/26-го ноября 1950 г., возглавил Блаженнейший митрополит Анастасий в сослужении сонма епископов и священнослужителей при весьма многолюдном стечении богомольцев, приехавших со всех концов Северной Америки. На малом входе за Божественной литургией строитель-игумен Пантелеимон был возведен в сан архимандрита.

«Однако, – говорил архиепископ Виталий, – и на том еще не конец Божиим к нам милостям. Мы, уже видящие закат нашей жизни здесь, с беспокойством думаем: а что-же будет после нас с делом, на которое мы отдали все свое время и силы? Откуда возьмутся работники на смену нам на ниве Христовой?... Так вот случилось совершенно невероятное для нас дело: Промыслом Божиим, через посредство добрых людей, – у нас открыта и функционирует Троицкая Православная Семинария для подготовки кандидатов монастырского и приходского духовенства... Остается только с нашей стороны долг – отдать все оставшиеся силы на эту подготовку работников на ниве Православной Церкви» («Прав. Русь», № 22, 1948 г.). Указом своим за № 2670 от 30-го сент./13-го окт. 1948 г. Архиерейский Синод Русской Зарубежной Церкви благословил открытие Свято-Троицкой Духовной Семинарии, признанной штатом Нью-Йорк высшим учебным заведением. Ректором семинарии являлся сам архиепископ Виталий, Деканом – Н.Н. Александров. В 1952 г. Преосвященный Виталий передал свою ректорскую должность архимандриту Аверкию (Таушеву; + 1976 г.), получившему высшее богословское образование в Болгарии и придерживавшемуся строго-православного пути в богословии.

АРХИЕПИСКОП АВЕРКИЙ (ТАУШЕВ; + 1976 г.)

Преосвященный архиепископ Аверкий (в миру Александр Павлович Таушев) родился 19-го октября 1906 г. в Казани в семье дворянина Симбирской губернии Павла Сергеевича Таушева и его жены Марии Владимировны. «Род службы отца, вспоминает Владыка о своем детстве, был причиной того, что нам постоянно приходилось быть в поездках по России, и я благодарю Бога за то, что, хотя и рано пришлось мне покинуть горячо мною любимую Родину (в 1920 г.), но я все же повидал ее и глубоко запечатлел в своем детском сердце... Воспоминания эти о наших путешествиях по России кажутся теперь мне каким-то сном, и никогда до смерти моей не изгладятся из памяти... Незабываемо для меня посещение священного Кремля в «сердце России» – первопрестольной Москве с его святынями, начиная с Успенского собора, где короновались наши Государи и настоловались Первосвятители Русской Церкви, Троице-Сергиева Лавра со святыми мощами «печальника Земли Русской» преподобного Сергия, Киево-Печерская Лавра, Александро-Невская Лавра с Петропавловским собором, Исаакиевским и Казанским собором и храмом «Спаса-на-Крови» в Санкт-Петербурге. Не хочется верить, что теперь это только «музейные» ценности, что не воскреснет бившая там прежде ключем церковно-народная жизнь»!

Любимым занятием юного Александра было чтение душеполезных книг, хранившихся в громадном шкафу у отца в кабинете. Уже в отроческие годы подсознательно созревало у него мысль проводить жизнь монашескую, отрешенную от светской жизни, в которой он ничего не видел привлекательного. В 1914 г. грянула Первая мировая война, в начале которой чувствовался огромный патриотический подъем. Незабываемое впечатление осталось у приснопамятного Владыки от приезда во Львов Царя-мученика Николая Александровича с Наследником. «Это был единственный раз в моей жизни, когда я видел нашего Благочестивейшего Государя и Его сына и притом – на довольно близком расстоянии. Какой общий восторг вызвало появление Государя и Наследника! Какое несмолкаемое «ура» гремело по всей огромной площади, где выстроились войска»!

После многочисленных мытарств по России в годы революции, семья Таушевых в начале 1920 г. покинула Россию и оказалась в большом болгарском порту города Варны. За год до окончания открывшейся здесь русской гимназии, в Варну приехал архиепископ Полтавский и Переяславский Феофан, встреча с которым, как вспоминает Владыка Аверкий, «окончательно решила мою дальнейшую участь: я твердо, без малейших сомнений или колебаний решился стать на путь монашеской жизни». Окончив гимназию с золотой медалью, Александр поступил на Богословский факультет Державного Университета в Софии. Успешно выдержав все испытания, он получил диплом с высшим баллом.

«Что мне было делать дальше? Мог я получить какое-нибудь место в Болгарской Церкви, но мне хотелось принять монашество и послужить именно нашей Русской Церкви, трудиться на духовном поприще для нашего родного русского народа. Я регулярно получал газету «Православная Карпатская Русь», и вот у меня явилось намерение отправиться на Подкарпатскую Русь – тогда это была Чехо-Словакия, – где происходило в то время стихийное возвращение масс порабощенного и угнетенного в течение ряда веков русского народа, оторванного от Матери-России, из насильственно-навязанной ему врагами унии с папским Римом в родную отеческую православную веру. Владыка архиепископ Феофан одобрил и благословил это мое намерение и даже дал мне некоторую сумму денег на дорогу, так как у меня и у моих родителей не было денег на покупку железнодорожного билета. Из Карпатской Руси, в ответ на мое письмо, я получил уведомление за подписью правящего епископа Иосифа о том, что я зачисляюсь на службу в Православную Епархию Мукачевско-Пряшевскую на должность помощника секретаря Епархиального Управления в городе Хуст».

19-го мая 1931 г. епископом Битольским Иосифом Александр был пострижен в монашество в Николаевском монастыре при селе Иза с наречением имени Аверкий в честь святого равноапостольного Аверкия, епископа Иерапольского, а на следующее утро – рукоположен во иеродиаконы. В 1932 г. в праздник Благовещения в Девичьем монастыре на Домбоках близ с. Черленева, Мукачевского округа, епископ Мукачевско-Пряшевский Дамаскин совершил его рукоположение во иеромонахи. В июне того же года отец Аверкий был переведен в Николаевский монастырь для окормления приходов Нанкова и Боронявы, а в сентябре – определен помощником настоятеля прихода в Ужгороде. Вскоре, настоятель этого прихода отошел в лучший мир, в результате чего иеромонах Аверкий вступил в исполнение обязанностей настоятеля. Указом епископа Дамаскина от 7-го августа 1935 г. отец Аверкий был назначен ответственным редактором «Православного Карпаторусского Вестника», а через год – преподавателем Закона Божия в Державной Реальной Гимназии, в русских и чешских Державных Гражданских и Народных школах г. Ужгорода. На Пасху в 1937 г. – возведен в сан игумена. В декабре 1938 г. – назначен настоятелем прихода в Мукачеве, администратором части Мукачевско-Пряшевской епархии в Венгрии и заведующим Архиерейской резиденцией и епархиальным имуществом в г. Мукачеве. В 1939 г. – определен первым референтом Епархиального Управления.

В 1940 г. отец Аверкий был вынужден покинуть Карпатскую Русь и прибыл в Белград, где преподавал Пастырское Богословие и Гомилетику на Миссионерско-Пастырских курсах, вел курс лекций о духовной жизни в Русском Доме, организовывал религиозно-просветительные собрания, как то: «День Русской Славы» в память святого и равноапостольного великого князя Владимира, юбилейные собрания в память 1600-летия преставления святителя Николая, 50-летия кончины епископа Феофана Затворника и др. Здесь будущий Владыка состоял на службе при Блаженнейшем Митрополите Анастасии, Первоиерархе Русской Зарубежной Церкви, и являлся хранителем Коренно-Курской Одигитрии Русского Зарубежья, творившей многочисленные чудеса и утешавшей русских изгнанников в трудные для них годы Второй мировой войны.

В 1945 г. отец Аверкий вместе с Архиерейским Синодом Русской Зарубежной Церкви прибыл в Мюнхен. Здесь он продолжал заниматься религиозно-просветительной деятельностью, в течение шести лет состоя законоучителем старших классов в двух гимназиях: в гимназии «Милосердный Самарянин» в Мюнхене и в «Гимназии бесподанных» в одном из беженских лагерей, а также на курсах сестер милосердия при доме «Милосердный Самарянин». В Синодальном же Доме в Мюнхене отец Аверкий вел систематический курс лекций по изучению святоотеческих творений и многократно выступал с докладами на богословские, церковно-исторические и духовно-нравственные темы.

В 1951 г., в связи с назначением на должность Председателя Миссинерско-Просветительного Комитета при Архиерейском Синоде, отец Аверкий прибыл в США и был привлечен архиепископом Виталием к преподаванию при Свято-Троицкой Духовной Семинарии в Джорданвилле. «Тогда, в первые годы нашего прибытия в Америку, – вспоминает Владыка, – еще велико было общее воодушевление: ключем била наша церковная жизнь, возникали все новые и новые церковные приходы, строились храмы, основывались религиозно-просветительные и церковно-благотворительные организации, как например, Владимирские кружки молодежи, Фонд имени приснопамятного отца Иоанна Кронштадтского (еще до его прославления), часто устраивались, то тут, то там, съезды и многолюдные церковные торжества, чувствовался религиозный подъем среди масс верующих, обретших тут спокойное, мирное и более или менее обеспеченное существование, храмы весьма усердно посещались».

Отец Аверкий, будучи архимандритом, а затем, и в архиерейском сане, вел большую и энергичную работу в качестве духовного руководителя движения «Свято-Владимирской Молодежи», созданного с целью «помочь нашей русской молодежи выработать себе правильное православное и национально-русское миросозерцание, с тем, чтобы оно стало руководящим началом жизни».

На Духов день 1953 г. состоялась его архиерейская хиротония в соборном храме Свято-Троицкой обители. 12-го мая 1960 г., по истечении сорока дней со дня кончины Преосвященного Аввы архиепископа Виталия, на общем монастырском собрании, состоявшемся по благословению митрополита Анастасия, епископ Аверкий был избран и утвержден настоятелем Свято-Троицкого монастыря. Это нелегкое бремя Владыка нес до самой своей кончины в апреле 1976 г.

В 1974 г. Владыка Аверкий и монастырская братия принимали участников III Всезарубежного Собора, проходившего в стенах святой обители.

За 24-летнее пребывание приснопамятного Владыки Аверкия в должности Ректора, Свято-Троицкая Духовная Семинария дала Русской Зарубежной Церкви около сотни клириков, которые заменили собой отошедших в жизнь вечную старых пастырей. Помимо своих основных обязанностей Настоятеля монастыря, Владыка Аверкий вел большую педагогическую работу в семинарии и принимал живое участие в издании журнала «Православная Русь», печатая в каждом номере свои архипастырские поучения и статьи. Издательством Свято-Троицкого монастыря были выпущены следующие письменные труды покойного Владыки:

•  Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета (в двух томах);

•  Руководство по Гомилетике;

•  Истинное Православие и современный мир (сборник статей и речей);

•  Архиепископ Полтавский и Переяславский Феофан;

•  Современность в свете Слова Божия. Слова и речи (в 4-х томах);

и многочисленные брошюры на богословские, церковно-исторические и религиозно-нравственные темы.

МИТРОПОЛИТ ЛАВР (ШКУРЛА)

В 1976 г. настоятелем обители стал Епископ Манхеттенский Лавр, нынешний Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви, многолетний послушник и собрат монастыря и ревностный блюститель заветов Владыки Виталия (Максименко).

 

В воскресенье 27-го июня 2004 г. насельники Свято-Троицкой обители в Джорданвилле тихо отметили 50-летие священства Высокопреосвященнейшего Митрополита Лавра, которого в этот день тепло приветствовал иеромонах Роман (Красовский) перед целованием креста. В связи с этим благодатным юбилеем, в Сан-Францисском кафедральном соборе в день праздника Святителя Иоанна в тому же году Преосвященнейший Архиепископ Сан-Францисский и Западно-Американский Кирилл от лица Преосвященных членов Архиерейского Синода и сослужившей братии огласил приветственный адрес Высокопреосвященнейшему Владыке, пожелав Его Высокопреосвященству помощи Божией в его нелегком служении Русской Церкви.

Объем забот и нагрузок нашего Первоиерарха трудно перечислить: Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви, Председатель Архиерейских Собора и Синода, настоятель известнейшего в Зарубежье Свято-Троицкого монастыря в Джорданвилле и ректор семинарии при нем, главный редактор церковно-общественного журнала «Православная Русь», многие другие заботы, не связанные определенно с занимаемой должностью, вплоть до проблемы приобретения нужных в монастырском хозяйстве предметов.

Ежедневно Владыка бывает с братией монастыря на полунощнице и Божественной литургии. Учитывая далеко не богатырское здоровье Владыки, и десятой доли этих нагрузок, кажется, хватило бы для него. Но он не жалуется. Тихо и смиренно исполняет свои послушания и терпеливо переносит все скорби. И при этом... Владыка не огражден от самых разнообразных посетителей несколькими «кордонами обороны», начиная с неприступного вахтера и кончая непробиваемым секретарем. Вы можете войти к нему в кабинет в любое время, и никто вас не подвергнет перед этим пристрастному допросу: а зачем, а почему, а по какому делу, а Владыка сейчас принять не может, он занят и т.п. Его могут остановить по пути из храма для обсуждения серьезной проблемы, и он не отмахнется, мол, некогда или занят... И нет у него многочисленной иподиаконской гвардии (помимо богослужения), которая сопровождает архиерея до дверей его покоев, на десяток шагов не подпуская поклонников и просителей. Он сам открывает себе двери, сам одевает рясу, сам на компьютере проверяет месяцеслов очередного церковного календаря и многое другое. Ему не готовят специальных изысканных блюд, он питается вместе с монастырской братией той же пищей, что и последний послушник. Доступность и неприхотливость Владыки довольно непривычна.

Семинаристы – выпускники 1967 г., года хиротонии архимандрита Лавра во епископа Манхеттенского, открыли памятку к 20-летию его архиерейского служения такими словами. «На жизненном пути каждый встречается с личностью, влияние которой чувствуется и остается в памяти на всю жизнь. Таких людей нельзя забыть, как нельзя забыть родных мать или отца. Такой незабываемой личностью явился для нас, выпускников 1967 г. в Свято-Троицкой семинарии в Джорданвилле, тогда архимандрит Лавр, инспектор семинарии»...

Под этими словами могут подписаться не только студенты семинарии, но и большинство знающих Владыку в настоящее время.

Интересным и поучительным назвал жизненный путь Владыки Лавра покойный Архиепископ Чикагский и Детройтский Серафим (Иванов) в своей заметке по поводу его хиротонии.

Высокопреосвященнейший Митрополит Лавр (в миру Василий Шкурла) родился 1-го января 1928 г. в Ладомирове, в так называемой Пряшевской Руси. Она представляла собой западную окраину прежней Угорской Руси, входившей до Великой войны в пределы Австро-Венгерской империи.

Он происходит из той героической части православного русского народа на Карпатах – прародины славянства, – которая, несмотря на многовековое тяжкое иго и невероятные притеснения и угнетения иноверцев и иноплеменников, твердо хранила свою святую православную веру, даже под личиной насильственно навязанной унии с Римом, и свое национальное русское самосознание.

Крещение младенца Василия совершил начальник Православной миссии в Словакии архимандрит Виталий (Максименко). Под сенью Ладомировской обители, и под духовным руководством Владыки Виталия и проходило детство будущего Первоиерарха, о чем и сам он впоследствии скажет: «с детских лет привел меня Господь в обитель преподобного Иова Почаевского на Карпатах. Там, в обители, получил я начальное духовное воспитание».

Послушанию в типографии в Ладомирове и в Джорданвилле будущий Владыка Лавр, впоследствии, отдаст не один день своей жизни.

Приснопамятный Архиепископ Чикагский и Детройтский Серафим (Иванов), сменивший на посту настоятеля обители Владыку Виталия в 1946 г., пишет:.

«Рос Вася на моих глазах. Сначала я видел его младенцем, а потом маленьким крошкой. В 5-6 лет он начал уже прислуживать по праздникам в нашем храме. Помню, он, лет 8-9-ти, пришел ко мне, уже тогда настоятелю монастыря после отъезда в Америку Архиепископа Виталия, и стал просить принять его в монахи. Я улыбнулся, погладил его по голове и сказал, что это хорошо, что он хочет с раннего детства посвятить себя на служение Богу, но нужно на это согласие его отца».

В ближайшее воскресенье Вася пришел с отцом, который довольно охотно согласился отдать сына на воспитание в монастырь, тем более, что он был очень беден, вдов, и имел еще троих детей.

Согласно гражданским законам страны, он должен был посещать школу, но, как пишет дальше Владыка Серафим, одновременно он жил монастырской жизнью: вставал с братией на полунощницу в 4 часа утра, выстаивал неукоснительно все длинные монастырские службы, ревностно выполнял возлагаемые на него посильные послушания... Он был тих, молчалив и послушлив. В свободное время любил читать, – замечает Владыка Серафим.

Воспитанием его, как и всех мальчиков, живших в монастыре, руководил покойный архимандрит Киприан (Пыжов), известный изограф Зарубежья.

12-ти лет Василий впервые встретился с Первоиерархом Русской Зарубежной Церкви Блаженнейшим Митрополитом Анастасием (Грибановским). Духовник отрока Василия отец Киприан подвел его под благословение Владыки Анастасия, пророчески сказавшего: «Бог благословит тебя: будешь пастырем».

Одним из первых окончил Василий сельскую школу, и его отдали в среднюю школу в г. Свиднике, куда он ездил на велосипеде, специально приобретенном для этой цели монастырем. Все свободное время Вася по-прежнему отдавал монастырским послушаниям, чтению и участию в богослужениях - писал Владыка Серафим.

С 1939 г. он окончательно поселяется в обители и становится ее трудником. Также, он учился совместно с А.А. Романовым на Богословско-пастырских курсах при монастыре. Занятия происходили в 1941 г. и 1942 г.

Во время 2-ой мировой войны, летом 1944 г., Красная Армия приближалась к Карпатам. Журнал "Православная Русь", издававшийся обителью преподобного Иова Почаевского, никогда не скрывал своего отрицательного отношения к коммунизму. Не трудно было предвидеть судьбу насельников монастыря, захвати их советы, поэтому большая часть братии предпочла уйти на Запад. Особенно нелегко было решиться на такой шаг местным уроженцам, в том числе и молодому послушнику Василию.

Сперва он с немногими остался. Большая часть братии уже находилась в Братиславе, столице Словакии. В эти дни Владыке Серафиму удалось пробраться в родную обитель и уговорить Васю, и другого Васю, нынешнего архимандрита Флора (Ванько), насельника Свято-Троицкого монастыря, присоединиться к уехавшим. Вернувшись в Братиславу, Владыка Серафим послал за ними иеромонаха Виталия (Устинова), бывшего Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви, который с разрешения родителей доставил обоих Василиев в Братиславу. Через Германию и Швейцарию, где будущий Владыка Лавр был облечен в подрясник, стал послушником, и некоторое время был прислужником у Блаженнейшего Митрополита Анастасия, в 1946 г., все они благополучно прибыли в Свято-Троицкий монастырь в Джорданвилле, США.

Сложный и тяжелый путь молодого человека не мог не отразиться на его душевном состоянии. В такие времена у Василия рядом были двое надежных духовных руководителей: архимандрит Киприан (Пыжов) и Архиепископ Виталий (Максименко). Владыка Виталий подарил ему свой портрет тоже с пророческой надписью: Моему духовному сыну от купели крещения и продолжателю моего служения Православной Церкви и русскому народу... 20 декабря 1946 г. - эти слова, как впоследствии скажет Владыка Лавр, "укрепили меня духовно".

В 1948 г. в Свято-Троицком монастыре Владыка Виталий постригает молодого послушника в рясофор. Владыка Виталий постригал его также в монашество с именем Лавра, рукополагал во иеродиаконы (14-го января 1950 г.), и во иеромонахи (27-го июня 1954 г.). Вообще, влияние Владыки Виталия на отца Лавра было неустанным и благотворным. «Под его руководством проходило мое духовное воспитание и образование. Благодарю Бога, что дал мне быть на послушании у такого великого подвижника и борца за православие, каким был приснопамятный Архиепископ Виталий», - вспоминал Владыка Лавр.

Владыка Виталий, своим завещанием оставил Владыке Лавру драгоценный и памятный наперсный крест, полученный им от Союза русского народа. О его ценности и значении Владыка Виталий высказался однажды так: "Из всех церковных предметов, которыми я владел в течение моей церковной службы, сохранился у меня, как самое дорогое, наперсный крест, поднесенный мне, архимандриту, от Волынского союза русского народа. Я им особенно дорожу..."

И, разумеется, неоценимо влияние на Владыку Лавра самого Свято-Троицкого монастыря. «Я, можно сказать, вырос в этой обители», - собственные слова Владыки Лавра. Обе обители - преподобного Иова в Ладомирове и Троицкий монастырь в Джорданвилле - как будто слились в его представлении и последний стал прямым наследником первого.

В 1954 г. отец Лавр успешно окончил Свято-Троицкую Духовную Семинарию. Выделяясь среди других студентов семинарии своими способностями, он еще до окончания полного семинарского курса (в то время был шестилетний курс) вел преподавание некоторых общеобразовательных предметов на младших курсах, а по окончании стал преподавателем Ветхого Завета и Патрологии, которую преподавал до недавнего времени.

2-го июня 1958 г. отец Лавр был награжден золотым наперсным крестом, а 6-го сентября следующего года - возведен в сан игумена с возложением палицы. Распоряжением Блаженнейшего Митрополита Анастасия, в 1960 г. он был назначен на должность инспектора семинарии. Одновременно, в течение ряда лет он исполнял в монастыре послушания секретаря духовного собора и заведующего книжным складом и экспедицией монастыря. 21-го ноября 1963 г. награжден крестом с украшениями, а 17-го апреля 1966 г. возведен в сан архимандрита. В том же году отец Лавр совершил поездку в Сан-Франциско, где участвовал в отпевании и погребении Святителя Иоанна (Максимовича; + 1966 г.).

За почти 30 лет, с 12-летнего возраста, отрок Василий прошел все стадии иноческого возрастания - от рядового послушника обители преподобного Иова Почаевского на Карпатах до сана архимандрита Свято-Троицкого монастыря в Джорданвилле.

Те, кто его знал с тех ранних отроческих лет, отмечают в нем редкое качество - в связи с возрастанием духовным и возвышением церковно-административным в нем не замечалось перемен, устоявшихся смолоду иноческих свойств. И в сане архимандрита он тот же, что был в сане иеродиакона - всегда и всем готовый оказать услугу, готовый на любое послушание. Уже будучи инспектором семинарии, и читая лекции по одному из серьезнейших предметов, он, если дело требовало, и на огромном монастырском кладбище могилу мог выкопать, и, в порядке монашеского послушания, на кухне поваром работал. Вся переписка в монастырской канцелярии была на его плечах, сам вел, если обстоятельства требовали, упаковку монастырских изданий заказчикам. Не было работы, которую он считал неподходящей его сану или положению.

В субботу 12-го августа 1967 г., согласно определению Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви, состоялось наречение архимандрита Лавра во епископа Манхеттенского. Приводим отрывки из его слова при наречении: "В настоящие, священные и, вместе, страшные для меня минуты, когда по воле Божией, вы, святые Владыки, и Священный Собор Русской Зарубежной Церкви призывает меня, недостойного, к епископскому служению: что могу сказать аз, многогрешный? Страх и трепет прииде на мя..." Но, конечно, архимандрит Лавр далек от мысли оказать непослушание зову и отказаться от епископского сана, хотя он и отдает себе полный отчет в том, что "кому много дано, с того много и взыщется". Однако, добавляет он тут же, исповедую безмерную милость Божию ко мне грешному, которую так обильно я испытал на себе за всю мою жизнь". Говоря о том, что ему тяжело расставаться со Свято-Троицкой обителью, в которой он вырос и окреп духовно, он, однако, понимает, что его новое служение будет выполнением того завета, который он получил от Владыки Виталия (Максименко), предначертавший его дальнейший путь. Поэтому, он добавляет: "Вступая ныне на новое послушание Церкви Христовой, блаженно и радостно мне сознавать, что я буду продолжателем апостольского служения", хотя он и понимает, что это новое служение будет соединено с новыми искушениями и даже гонениями. В заключительных словах новонарекаемый смиренно просит: "Богомудрые Архипастыри, помолитесь, чтобы Господь помог мне быть твердым неподкупным хранителем живоносных заповедей и преданий Православной Церкви, не на словах только, а, самое главное, на деле. Молю вас, не переставайте укреплять меня, неопытного, вашими назиданиями". И еще: "Возлагая на меня, грешного, ваши святительские руки, чтобы низвести на мою главу огнеобразную благодать Духа, молитесь, святители Божии, чтобы снизошла на меня "Божественная благодать, всегда немощная врачующая и оскудевающая восполняющая" и помогла бы мне "право править слово истины".

На следующий день, в воскресенье 13-го августа, накануне Успенского поста, 5 архиереев: Преосвященные архиепископы Вашингтонский и Флоридский Никон (Рклицкий; + 1976 г.) и Сиракузский и Троицкий Аверкий (Таушев), епископы болгарских приходов Кирилл и Мельбурнский Антоний (Медведев), возглавляемые Высокопреосвященнейшим Митрополитом Филаретом (Вознесенским; + 1985 г.), в Синодальном соборе в Нью-Йорке совершили его хиротонию. В своем слове при вручении жезла Митрополит Филарет сказал: "Радуемся ныне с тобой и мы, архиереи, возлагавшие на тебя руки в священном таинстве Хиротонии, а теперь с любовью принимающие тебя в свою архиерейскую семью, радуется клир, молитвенно участвовавший в таинстве Хиротонии; радуется собравшееся здесь множество твоих почитателей и духовных детей, радуется паства - теперь общая: моя и твоя... Но, думаю, более всех радуются Архиепископ Аверкий и братия Свято-Троицкой обители".  

Храм был переполнен молящимися, т.к. скромный архимандрит уже успел приобрести любовь и почитание многочисленных паломников Свято-Троицкого монастыря. Местные прихожане говорили, что со дня церковного прославления святого Иоанна Кронштадтского в 1964 г. Синодальный собор не видел такого благолепного и умилительного церковного торжества при таком необычайном многолюдстве.

Несмотря на послушания при Архиерейском Синоде, связь Владыки с семинарией и монастырем не прерывалась. Он каждую неделю ездил автомобилем в Джорданвилль, по-прежнему читал лекции, а во время болезни приснопамятного Архиепископа Аверкия, настоятеля монастыря, делал необходимые распоряжения по монастырю.

В Нью-Йорке Владыка выступал с лекциями в Серафимовском Фонде и в обществе "Отрада". Как писалось в "Православной Руси" по случаю 10-летия хиротонии Владыки: "Тщетно будет перечислять все те утешения, которые за сравнительно не долгий срок своего пребывания в сане епископа, Преосвященный Лавр так щедро и не задумываясь расточал на своих пасомых. Утешения выражались и в большом, и в малом: в решениях важных вопросов церковной жизни и личного характера, в советах и наставлениях, и в обыденной дружественной беседе. Утешением было и просто присутствие Владыки. Его ровный, кроткий нрав, вносил мир и тихую радость даже в самые мятежные души". Любовь и благодарность пасомых следовали за Владыкой Лавром повсюду, где он проходил свое, подчас нелегкое служение. Так, например, за 10-летнее пребывание в Нью-Йорке на посту Секретаря Архиерейского Синода и Епископа Манхеттенского, Владыка Лавр снискал благодарное признание; еще сейчас можно встретить старожилов, которые с восторгом вспоминают то время, когда "хозяином" был Епископ Лавр. Привязанность со стороны богомольцев Синодального собора, да и вообще верующих Нью-Йорка, выразилась, между прочим и в том, что, когда весть о его переводе в Свято-Троицкий монастырь распространилась в Нью-Йорке, в кратчайший срок было собрано около 1000 подписей с просьбой о его оставлении на Манхеттенской кафедре. На прошениях, обращенных к Митрополиту Филарету, было сказано: "это неожиданное известие нас скорбно поразило и мы обращаемся к Вашему Высокопреосвященству с усиленной просьбой: не отнимать у нас нашего Епископа". Кто не слышал о паломничествах на Святую Землю, которые он многократно организовывал в прошлые годы, возродив этим старую, благочестивую, русскую традицию на чужбине? И не только паломничествами руководил Владыка, но и помощью нашим обителям там, проявляя при этом прямо-таки отеческое попечение о них. Какое это утешение для наших монашествующих в Святой Земле, когда приезжает к ним Владыка Лавр! Сколько духовных наставлений и советов преподал он своим духовным детям в обеих наших обителях в Святой Земле.  

После смерти Владыки Аверкия братия монастыря единодушно избрала Владыку Лавра своим настоятелем. Не легко было духовенству и прихожанам Синодального собора расставаться со своим уважаемым и любимым архиереем. Но и Свято-Троицкий монастырь представить без Владыки Лавра тоже не легче. Когда в 90-х годах посетила его тяжкая болезнь, молитвы о нем совершались не только в монастыре, но и по всему русскому православному Зарубежью. Бесчисленные соболезнования были присланы со всех концов русского рассеяния.

20-го октября 1981 г. указом Архиерейского Синода, на основании определения Собора епископов, Владыка Лавр был возведен в сан архиепископа, а 1-го сентября 1984 г. последовало решение Архиерейского Собора о предоставлении ему права ношения бриллиантового креста на клобуке.

В 1988 г., в год 1000-летия Крещения Руси, было совершено освящение новой колокольни. Светлая мысль – отметить этот славный юбилей постройкой колокольни в Свято-Троицком монастыре возникла в связи с пожертвованием обители в 1977 г. колокола С.К. Фроловым. Этот колокол был слишком велик, чтобы поместить его в звоннице на храме; таким образом, был дан толчек возведению колокольни, освящение которой было приурочено к славному юбилейному году. Колокола (числом 15) были специально заказаны в Голландии и украшены изображениями и надписями; самый большой из них, весящий около 13,000 фунтов, вместил икону «Всех святых в Земле Российской просиявших». Вот перечень их:

1-ый, самый большой, 83 инча в диаметре, сооружен в память 1000-летия Крещения Руси и ее просветителей святого равноапостольного князя Владимира и святой блаженной княгини Ольги; дар всей Зарубежной Руси и семьи А.А. Жуковских-Волынских, и кубанских казаков.

2-ой, в память святых Патриарха Тихона, митрополитов: Владимира Киевского, Вениамина Петроградского и Петра Крутицкого, и всех священномучеников и исповедников Церкви Российской. Дар семьи Павук.

3-й, в память святых Царственных Страстотерпцев и всех от безбожной власти умученных и убиенных. Дар Владислава и Марины Касард.

4-ый, в память Первоиерархов Русской Зарубежной Церкви. Дар семьи Мухиных.

5-ый, дар Свято-Троицкого монастыря в память его почивших основателей и братии и всего российского монашества.

6-ой, дар прихожан и сестричества Богоявленского храма в г. Бостоне в память звонарей российских.

7-ой, дар братии Афонского Ильинского скита в память русского Святогорского монашества.

8-ой, дар семьи Шнейдер.

9-ый, дар В. и Т. Похуновых.

10-ый, дар семьи И. Вертоградовых.

11-ый, дар в память почившей братии Псково-Печерского монастыря от И. Прама.

12-ый, дар Л.Т. Мирошниковой.

13-ый, дар А. и М. Перекрестовых.

14-ый, дар Я. Вайнера.

15-ый, дар С. К. Фролова, пожертвовавшего сей колокол в 1977 г.

Помимо освящения колокольни к этим же дням был приурочен очередной съезд русской православной общественности. Тема съезда была следующая: «Тысячелетие Православия в России – итоги и перспективы». Кроме того, в эти дни при монастыре была открыта выставка работ архимандрита Киприана (Пыжова), организованная М.Е. Лохматовой. Выставка помещалась в здании семинарии, где находится и монастырский музей. Празднества завершились словом Владыки Лавра на торжественной трапезе: «Да будут же и колокольня сия и колокола эти памятником того, что русские люди, рассеянные на чужбине, молитвенно отметили 1000-летие Крещения Руси и в память сего, соорудили колокольню сию и устроили на ней сии колокола».

В начале 90-х годов Владыка Лавр совершил освящение новой часовни в честь Оптинских старцев, находящейся на третьем этаже братского корпуса. В зимнее время повечерия совершаются в этой часовне, в которой хранятся многочисленные частицы мощей святых угодников Божиих и иные святыни.

В июле 2001 г. Архиерейским Синодом Архиепископ Лавр назначен заместителем ушедшего на покой Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви. Согласно постановлению Архиерейского Собора 2001 г. Первоиерархом Русской Зарубежной Церкви избран Архиепископ Сиракузский и Троицкий Лавр. Торжество интронизации Преосвященнейшего Владыки на митрополичьи престол было назначено на воскресенье 15/28-го октября. Накануне, в субботу вечером, было совершено всенощное бдение, при огромном стечении в Синодальный собор богомольцев и духовенства как местных, так и из отдаленных епархий. Особенно величественным был в этот вечер полиелей. Во время пения синодальным хором "Хвалите Имя Господне" А. Кастальского, из алтаря вышел новый Первоиерарх - Митрополит Лавр. Полное облачение Владыки украшала панагия первого по счету Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви, Блаженнейшего Митрополита Антония (Храповицкого), которую впоследствии носил Святитель Иоанн (Максимович), а затем и архиепископ Западно-Американский и Сан-Францисский Антоний (Медведев), духовный друг Владыки, любивший и ценивший его за умеренность, преданность Церкви и за рассудительность, и участвовавший в его хиротонии в 1967 г., а также - крест Блаженнейшего Митрополита Анастасия (Грибановского), сохраняемый после оного личным духовником Владыки, архимандритом Киприаном (Пыжовым). В конце всенощного бдения, на отпусте 1-го часа, Митрополиту Лавру Преосвященнейшими Архиепископами Чикагским и Детройтским Алипием и Берлинским и Германским Марком со словами "Аксиос" были вручены знаки митрополичьего достоинства: голубая мантия и белый клобук, предварительно освященные и окропленные святой водой в алтаре. Смиренно принимая сии почетные облачения, Высокопреосвященнейший Владыка произнес: "Прошу святых молитв у архипастырей, священства, у нашей дорогой паствы, чтобы Господь укрепил меня в несении этого ответственного послушания, которое на меня возложил Собор нашей Зарубежной Церкви. Поминайте меня в своих святых молитвах".

В конце торжественной Божественной литургии в день настолования Высокопреосвященнейший Митрополит Лавр обратился к предстоящим с воззванием: "В сии дни, когда проходит у нас Архиерейский Собор и состоялось мое избрание, мне вспоминаются слова Господа, сказанные Своему ученику Петру, после Своих страданий и воскресения, когда он явился апостолам и спросил апостола Петра: "Петре, любиши ли мя?" И дальше Спаситель сказал такие слова: "Когда ты был юн, то сам себя опоясывал и ходил, куда ты хотел, а когда состареешися, ин тебе пояшет и ведет, аможе не хощеши". И вот, то, чего я боялся, это меня постигло. Вот, на старости моей собратья мои архиереи связали меня и вручили мне корабль нашей Русской Зарубежной Церкви. Я это принял, как я уже говорил архипастырям, за послушание Богу, Церкви Христовой и нашему Архиерейскому Собору. Сам я не чувствую никаких своих преимуществ и каких-либо сил, чтобы вести этот корабль. Только полагаюсь на помощь Божию, на молитвы наших архипастырей, на молитвы нашей паствы. И только с вашей помощью, дорогие отцы, братья и сестры. Если мы можем что-то сделать, то только общими молитвами, общими усилиями. Да сохранит и укрепит нас Господь в единомыслии, единодушии и соборности, о которой говорил сегодня Владыка Александр. Ибо необходимо русским православным людям и вообще православным людям быть едиными духом и делом. Прошу ваших святых молитв".

В этот же день вечером при Покровской церкви в г. Наяке состоялась торжественная трапеза в честь настолования Митрополита Лавра. Собралось примерно триста душ духовенства и богомольцев. Было множество трогательных и искренних приветствий от архипастырей и духовенства, которые вызывали у говорящих и присутствующих не мало умилительных слез.

Заключительное слово на трапезе сказал сам Высокопреосвященнейший Митрополит Лавр. Владыка подчеркнул, что хотя и искренно благодарит всех за любовь, приветствия, молитвы и выражения радости, душа его скорбит... Она скорбит о том, что столько душ вовлечены ныне в раскол, скорбит о маститом и многоуважаемом Высокопреосвященнейшем Митрополите Виталии, которого любит и который много пользы принес Святой Церкви за свою длинную жизнь, но которого окружили ныне недоброжелатели и воспользовались его старческой немощью, наущая ему клевету на Архиерейский Собор. Владыка Лавр далее сказал, что также скорбит об ушедших от нашей Святой Церкви пастырях и мирянах, и молит Господа о вразумлении всех. В конце Митрополит Лавр, со слезами на глазах, попросил у всех укрепляющих святых молитв о себе и о пастве.

Став Первоиерархом, Владыка продолжает нести свое прежнее послушание настоятеля Свято-Троицкого монастыря и главного редактора всех периодических изданий Свято-Троицкого монастыря на русском языке, а именно журналов: "Православная Русь", "Православная жизнь" и "Православный путь".

Добрыми, верными и преданными помощниками Владыки всегда были и остаются: Преосвященнейший Епископ Кливлендский Петр (Лукьянов), много лет служивший личным секретарем у Владыки и хиротонисанный им во епископа Кливлендского в прошлом году в праздник апостолов Петра и Павла; протодиакон Виктор Лохматов, который находится при Владыке с 1957 г.; и иподиакон Николай Ольховский, который является келейником Его Высокопреосвященства.

С 90-х годов Высокопреосвященнейший Владыка неоднократно посещал Россию для ознакомления с положением вещей в церковной жизни России и посещения отечественных святынь. Осенью 2003 г. Его Высокопреосвященство принял с благодарностью приглашение Святейшего Патриарха Московского и всея Руси посетить Русскую Православную Церковь Московского Патриархата, переданное ему Президентом России В.В. Путиным. Первый официальный визит Его Высокопреосвященства в Россию состоялся в мае 2004 г.

«Не может град укрытися верху горы стоя» (Матф. 5, 14). Невозможно скрыть в дикой траве благоухающий цветок, так как его найдут люди, ощущающие запах; так и кроткие создатели Свято-Троицкого монастыря архимандриты Пантелеимон и Иосиф не могли укрыться, ибо далеко разносилось благоухание их духовной жизни, которое ощутили сердцем и душою все русское рассеяние и люди, ищущие истинную веру – Православную. Вечная память строителям, подвизавшимся здесь монахам, послушникам и трудникам, жертвователям, учившим и учившимся, а ныне здравствующему Высокопреосвященнейшему Настоятелю Митрополиту Лавру с братией пожелаем дальнейший успех и обилие богатых милостей Божиих! Всем же нам да даст Господь любить и ценить наше русское православное монашество, от которого во многом зависит благосостояние нашей Святой Церкви.

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ СВЯТО-ТРОИЦКОЙ ДУХОВНОЙ СЕМИНАРИИ

Уже через два десятка лет своего существования Русская Зарубежная Церковь стала ощущать недостаток пастырей, имеющих систематическое богословское образование. Хорошо подготовленные священники, получившие семинарское и академическое образование в дореволюционной России уходили на покой либо умирали, но на смену им должны были приходить не менее грамотные и образованные пастыри. На такое положение дел могло повлиять открытие в начале Второй мировой войны богословских курсов в монастыре преподобного Иова Почаевского на Карпатах и православного богословского института во Вроцлаве. Но, по причине затянувшейся мировой войны и последующей эвакуации Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви и ее прихожан с подконтрольной советам территории, задача подготовки будущих пастырей стала временно невыполнимой.

Приснопамятный Архиепископ Виталий (Максименко), после отделения от Русской Зарубежной Церкви Американской Митрополии на Кливлендском соборе 1946 г., был очень озабочен тем, чтобы реорганизовать приходы в Северной Америке, оставшиеся в недрах Русской Зарубежной Церкви, и обеспечить их своим духовенством. В это время, после окончания Второй мировой войны, начали переселяться многие беженцы в заокеанские страны, в том числе и в США. После Кливлендского собора приходов Русской Зарубежной Церкви осталось немного. Но в это время начали прибывать беженцы, которые обращались к Архиепископу Виталию за благословением открывать новые приходы. Среди русских беженцев были и священники, переехавшие в США из стран Восточной Европы, которым Архиепископ Виталий поручал окормлять новообразованные приходы.

Владыка Виталий предвидел, что у Русской Зарубежной Церкви возникнет проблема с духовенством, не будет достаточно священников, чтобы должным образом окормлять паству. Поэтому он начал разрабатывать план как воспитывать и обучать кандидатов для служения Святой Церкви. В связи с этим Владыка Виталий предпринял следующие шаги. На совещании Преосвященных, оставшихся в лоне Русской Зарубежной Церкви, в Епархиальном Управлении в г. Нью-Йорке, 15/28 июня 1948 г., обсуждался вопрос о создании богословской школы. По предложению Архиепископа Виталия, был выслушан доклад профессора Н.Н. Александрова об учреждении при Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле Свято-Троицкой Духовной Семинарии. Н.Н. Александров доложил о составленном им на английском языке прошении к властям штата Нью-Йорк о разрешении открыть богословскую школу. Также был представлен проект правил и Положение о семинарии. Цель семинарии заключалась в том, чтобы дать молодым людям духовное образование и доброе церковное воспитание для подготовки их к служению в священном сане. Образование будет включать следующие дисциплины: богословские предметы, философию, историю – мировую и церковную, языки, церковное пение и др.

Опекунами семинарии были записаны – Архиепископы Виталий, Тихон, Иоасаф и Иероним, игумен Пантелеимон и игумен Иосиф – секретарь, и монастырский «печатник» иеромонах Антоний (Ямщиков; + 1993 г.) – казначей. Преподаватели: Архиепископ Виталий – патристика и гомилетика; Епископ Серафим (Иванов) – догматическое богословие и литургика; протоиерей В. Демидов – обличительное богословие и история Церкви; Епископ Никон (Рклицкий) – нравственное и пастырское богословие; игумен Иосиф – церковное пение; иеромонах Киприан (Пыжов) – церковное искусство. В проекте Н.Н. Александрова, который намечен в нем как декан семинарии, также перечислены и другие предметы и языки.

Выслушав выше указанный доклад и всесторонне обсудив его, Преосвященные участники совещания постановили:

  1. С началом нового учебного года, с 1/14 октября 1948 г. открыть при Свято-Троицком монастыре, Свято-Троицкую Православную Семинарию;
  2. Президентом Семинарии просить быть Преосвященного Епископа Серафима;
  3. Вице-Президентом и Инспектором Семинарии назначить д-ра Н.Н. Александрова, профессора Род Айленд стейт колледж Rhode Island State College ), с поручением ему провести легализацию и поручить ему приступить к осуществлению намеченного плана по открытию Семинарии.
  4. Указанный в каталоге (в Положении о Семинарии) состав преподавателей – утвердить.

Н.Н. Александров сразу начал хлопоты по получению разрешения со стороны штата Нью-Йорк для открытия семинарии. И 16 июля 1948 г. от штатного департамента образования было получено разрешение на организацию семинарии, в котором указано, что «цель, для которой основана эта корпорация есть создание семинарии для образования молодых людей для белого и монашеского духовенства Русской Православной Церкви в Америке» (перевод с английского). Затем Архиепископ Виталий направил рапорт Блаженнейшему Митрополиту Анастасию в Мюнхен, в котором кратко сообщает о предпринятых шагах и о получении от штата Нью-Йорк разрешения на открытие при монастыре семинарии, перечисляя и наличный состав корпорации преподавателей и предметы, которые намечены на первом курсе. На это сообщение последовала от Митрополита Анастасия телеграмма следующего содержания: «Архиерейский Синод благословляет открытие семинарии, Митрополит Анастасий». Затем получен указ из Архиерейского Синода от 22 сентября/12 октября 1948 г., который гласит: «Постановили: Утвердить открытие Свято-Троицкой Семинарии в Джорданвилле, по представленному плану, и благословить начало первого семестра занятий в ней с 1/14 октября 1948 г.».

Так, с Божией помощью, в день праздника Покрова Пресвятой Богородицы в 1948 г., был отслужен молебен перед началом учения и после этого на следующий день начались регулярные занятия в семинарии. На первом семестре было семь студентов, а со второго семестра было девять человек. Учебный год продолжался до дня памяти равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия в мае 1949 г. Всего было 28 учебных недель, по 15 лекционных часов каждая.

Со второго семестра 1948-1949 учебного года ректором семинарии был Архиепископ Виталий, а Епископ Серафим был освобожден от всех обязанностей по семинарии.

Семинария, по меткому выражению Н.Д. Тальберга, была детищем Архиепископа Виталия. Но Владыке было трудно совмещать свое ректорство с управлением обширной епархией и настоятельством в Свято-Троицком монастыре, и в 1951 г. он пригласил в помощь себе из Мюнхена архимандрита Аверкия (Таушева), который после года преподавательской работы в 1952 г. определением Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви был утвержден ректором семинарии. В 1953 г. архимандрит Аверкий был возведен в епископский сан и, управляя епархией и монастырем с 1960 г., одновременно являлся ректором Свято-Троицкой Духовной Семинарии до самой своей кончины в 1976 г. После его смерти ректором семинарии стал ее воспитанник Епископ Манхеттенский Лавр (Шкурла), закончивший ее в 1954 г. и имеющий диплом за номером 4. В течение многих лет Владыка Лавр преподавал в семинарии догматическое богословие и каноническое право. Став Первоиерархом Русской Зарубежной Церкви, Высокопреосвященнейший Митрополит Лавр и ныне является ректором семинарии. Его трудами Свято-Троицкая Духовная Семинария достойно и торжественно отметила свое 50-летие в 1998 г. и в последние годы организовала ряд научных конференций.

Необходимо вспомнить и деканов семинарии, потрудившихся ради воспитания целого поколения священнослужителей для русского зарубежья – Н.Н. Александрова, первого устроителя учебной и хозяйственной жизни в семинарии; И.И. Марра, утвердившего эмблему семинарии и введшего ряд полезных мероприятий в жизни семинаристов; Е.Е. Алферьева, замечательного историка и действительного знатока жизни и деятельности святого Государя Императора Николая II ; и Е.И. Клара. Заслуживают особого внимания и преподаватели семинарии, такие как архимандрит Константин (Зайцев), протопресвитер Михаил Помазанский, Н.Д. Тальберг, И.М. Андреевский и многие другие. Многие из них своими педагогическими и просветительскими трудами заслужили себе уважение не только в среде русского рассеяния, но действительно стали учителями слова Божия для многих православных людей на своей исторической родине – в России.

За свыше 50 лет деятельности Свято-Троицкой Семинарии более 200 ее воспитанников получили степень баккалавра богословия. Многие из них стали служителями Церкви Христовой в сане от митрополита до мирянина.

Своего рода завещанием отцов-основателей семинарии являются слова, сказанные более 40 лет назад перед семинаристами Архиепископом Аверкием: «Наш общий долг помнить, что от Свято-Троицкой Духовной Семинарии, как единственного нашего духовно-учебного заведения, в значительной мере зависит будущее нашей Русской Зарубежной Церкви, нашего многострадального русского народа, в рассеянии сущего, и самой нашей родины, которая так будет нуждаться в истинных достодолжно подготовленных пастырях, если Бог сподобит нас на нее вернуться; мало того, решусь сказать это с дерзновением – зависит будущее всего человечества, поскольку судьбы его, как это становится теперь совершенно ясно, самым тесным образом фактически и таинственно-мистически связаны с судьбами нашей родины».

 

АРХИМАНДРИТ КИПРИАН И ИКОНОПИСНАЯ ШКОЛА

Теперь несколько слов об иконописной мастерской, основанной архимандритом Киприаном (Пыжовым), известным изографом, заслужившим своими работами всеобщую славу.

В истории послереволюционного русского искусства, архимандрит Киприан, бесспорно занимает первое место. Если каждому значительному художнику дано сказать свое слово, никем лучше не сказано и неповторимо в этом смысле творчество отца Киприана. С поражающей легкостью и небывалой быстротой отец Киприан расписывал храмы, писал портреты, отображал поэтичность и красоту природы в пейзажной живописи и рисовал, всему зарубежью известные, рождественские и пасхальные открытки.

Кирилл Димитриевич Пыжов – в монашестве архимандрит Киприан – родился в Санкт-Петербурге 7/20 января 1904 г. Вскоре его отец, Димитрий Михайлович Пыжов, был назначен земским начальником в Бежецком уезде Тверской губернии. Там в 1912 г. умерла мать Кирилла, Александра Константиновна Стринская. Она была художницей, окончившей Московское Училище Живописи и Ваяния; она работала в студиях Маковского, Поленова, Перова и других. Свой талант она унаследовала от своего отца, окончившего Художественную Академию во Флоренции.

После февральской революции, Димитрий Михайлович Пыжов с тремя сыновьями – Евгением, Кириллом и Георгием (впоследствии иеромонахом Григорием), переселяется в Петроград, где пришлось испытать нужду и голод. К концу лета 1918 г. они уезжают в Щигры, Курской губернии.

Дождавшись прихода Белой армии, Пыжовы перебрались в Симферополь. Здесь 15-летний Кирилл становится добровольцем и попадает на передовые позиции. Отныне он проходит с Добровольческой армией весь крестный путь – эвакуацию и Галлиполи. Там Кирилл поступает в Александровское военное училище, где он пребывает три года до расформирования в 1923 г. Кирилл уезжает во Францию через Болгарию к своему старшему брату.

В Париже Кирилл работает в мастерской игрушечных лошадок, затем с артелью декораторов в русской киностудии «Альбатрос», где он участвует в постановке фильма «Дон Кихот», с Шаляпиным в роли Дон Кихота. Вскоре после переселения Кирилла в Париж приехали его отец и брат Георгий. Поселившись в троем Пыжовы специализируются по малярному ремеслу. По вечерам братья посещают Монпарнасскую школу живописи и рисования, где преподавали профессора из Академии Де Боз Арт.

Живя в Париже, Кирилл стал себя плохо чувствовать. Доктор определил туберкулез и посоветовал переселиться на юг. Французская декоративная компания перевела Кирилла, как специалиста, в свое отделение в Ривьеру. Он вскоре поправился и занялся работой по отделке фешенебельных вилл.

«Подумывал о женитьбе, – пишет в своих воспоминаниях отец Киприан, – но всегда, когда открывалась такая возможность, невидимая рука меня отводила».

В Ницце Кирилл живет вместе с братом, иеромонахом Григорием. Кирилл становится ревностным прихожанином собора, где он знакомится со священником Александром Ельчаниновым. Под его влиянием Кирилл вникает в учение Православной веры и он начинает чувствовать тяготение к Церкви и богослужению. Он начинает учиться технике иконописи у супруги отца Александра, ученицы Софронова.

Летом 1932 г. в Ниццу приезжает из Словакии иеромонах Савва (Струве), собирая пожертвования на ладомировскую обитель. Отец Савва показал фотографии обители, которые возбудили в Кирилле большое желание помочь с распространением изданий.

«Самое лучшее, чем бы ты мог быть полезным в монастыре, это если бы ты сам туда поехал и там использовал свои способности» – ответил отец Савва.

«Я сказал, что это трудно осуществить, так как не имею заграничного паспорта, но отец Савва сразу же предложил написать прошение на имя архимандрита Виталия, чтобы он принял меня, как послушника и прислал мне вызов. Отец Савва добавил, что я могу там расписать новую церковь, что мне пришлось по вкусу и я сказал, что буду рад попробовать впервые расписать церковь... Так решилась моя судьба» – рассказывает отец Киприан.

Зимой 1933 г. перед Рождеством Христовым, подъезжая к селу Ладомирово, Кирилл увидел ту церковь, на стенах которой впервые зажглась свеча его таланта: первая роспись храма была выполнена в течение 1934 г.

Осенью того же года епископ Виталий совершил постриг послушника Кирилла в рясофор «за то, что он расписал нашу церковь». Постриг в мантию совершился в 1937 г. В 1938 г. инок Киприан был рукоположен в сан иеродиакона, а в 1940 г., прибывший из Югославии Митрополит Анастасий рукоположил иеродиакона Киприана во иеромонахи.

Началась война. Братия монастыря эвакуировалась через Братиславу в Берлин, где приютилась в полуразрушенном доме, среди руин одной из улиц. Заболевшего воспалением легких отца Киприана помещают в общежитие сестричества напротив церкви, настоятелем которой был архимандрит Иоанн (Шаховской). Когда выздоровевший отец Киприан, через месяц, приходит в храм и подходит к свечному прилавку, он замечает свеже напечатанные иконы своей работы, исполненные по заказу Дрездена. Продолжая свой беженский путь с братией из Берлина в Женеву, они, наконец, достигают конечной цели своего странствия – Свято-Троицкий монастырь в Джорданвилле.

«Перые дни моего пребывания в монастыре Святой Троицы – вспоминает отец Киприан, – напомнили мои первые дни прибытия в монастырь в Ладомирово на Карпатской Руси; но это чувство долго не задерживалось. В скором времени образовалась иконописная мастерская. В лице послушника Николая, при постриге получившего имя Алипия, в честь иконописца Печерского, я получил незаменимого помощника, как в иконописной мастерской, так и в послушаниях, ставшего подражателем древнего инока Киево-Печерской Лавры иеромонаха Алипия.

В 1946 г. начали строить кирпичный храм в честь Святой Троицы. В 1950 г. он был закончен и освящен Митрополитом Анастасием. За эти годы была начата роспись храма и окончена ко дню освящения. Вслед затем началась постройка четырехэтажного монастырского корпуса для жилья братии, в нем же поместилась типография, канцелярия и трапезная.

На монастырском кладбище, по проекту В. Глинина была построена небольшая церковь Успения Божией Матери, которую расписали те же иконописцы. Еще несколько храмов расписано в США (Введенский храм в г. Сиракузах, храм-памятник святому Иоанну Кронштадтскому в г. Ютике, Радосте-Скорбященский кафедральный собор в г. Сан-Франциско и другие – ред.); в Европе (в Люксембурге) в 1982 г. расписана новопостроенная церковь в честь святых апостолов Петра и Павла.

В 1988 г. была закончена роспись храма-памятника, построенного по благословению архиепископа Виталия, в память Крещения Руси, в Джексоне, шт. Нью-Джерзи.

В Свято-Троицком монастыре, со временем, мы стали привыкать; постепенно сошлись с его основателями».

Заведуя иконописной мастерской, отец Киприан сумел воспитать не только многочисленных иконописцев, пишущих иконы в каноническом церковном стиле по всему миру, но и, будучи духовником монашествующих и семинаристов, принял прямое участие в воспитании многих будущих архипастырей и пастырей Русской Зарубежной Церкви. Отец Киприан скончался в 2002 г. и погребен в усыпальнице под алтарем монастырского собора.

ДЕНЬ ОБИТЕЛИ

Ежедневно, кроме воскресных и праздничных дней, жизнь в обители начинается еще до рассвета, а именно в 4:30 утра, когда бывает побудка монашествующей братии. После сего монахи собираются в соборном храме монастыря, где совершается полунощница. Семинаристы встают в 5:15 утра и молятся в молельной, расположенной в семинарском общежитии, и затем присоединяются к братии монастырской, молясь вместе с ней за Божественной литургией в Троицком соборе. В 7:30 бывает завтрак, после которого семинаристы отправляются в главное семинарское здание, где они слушают лекций до обеда в полдень. В 4 часа дня начинаются вечерня и утреня, которые проводятся по чреде одним из иеромонахов. Богослужение продолжается до 6.30 часов вечера. Ужин начинается в 7 часов вечера и сразу же после его окончания начинается Малое повечерие с вечерними молитвами, которые заканчиваются в 8.15 вечера. Оставшуюся часть дня монахи проводят в молитве и чтении, а семинаристы в это время готовят домашние задания на следующий день.

С момента своего основания в монастыре без перерывов служится полный круг богослужений, в соответствии с традициями и правилами Церкви. В типичный рабочий день богослужения занимают почти шесть часов в сутки. Накануне воскресных и праздничных дней проводится Всенощное бдение в соответствии с современной церковной практикой, а утром самого праздничного дня служится величественная архиерейская Литургия, в которой принимают участие как монахи, так и паломники-богомольцы. Службы проводятся на древнем церковно-славянском языке, с использованием традиционных русских напевов, исполняемых хором, состоящим из монахов и семинаристов. Находясь в главном храме в окружении фресок и икон, написанных в византийском стиле, слушая торжественное церковное пение, вдыхая аромат ладана и свечей, участники богослужений чувствуют себя, как на небесах.

ПОСЛУШАНИЯ

У монахов Свято-Троицкого монастыря существует огромное количество всевозможных послушаний. Самыми главными послушаниями как для монахов, так и для семинаристов, являются монастырская типография, переплетная, книжный магазин, кухня, пекарня, иконописная и иконоклейная, уборка монастырских строений и уход за монастырской собственностью.

Архиепископ Виталий говорил: «Бог помог нам сохранить общецерковное 300-летнее достояние преподобного отца нашего Иова – церковную книгопечатню, чтобы мы продолжали его дело обслуживания церковно-печатным словом рассеянных по всему свету наших православных единоверцев. С Божией помощью мы должны творить эту духовную милостыню нашим братьям, как наше исключительное послушание перед родной Матерью-Церковью». Прислушиваясь к сему архипастырскому наставлению своего Аввы, насельники обители напечатали и продолжают со всем усердием печатать значительное количество церковно-богослужебной и духовно-просветительной литературы, а, кроме сего, выпускают и следующие периодические издания: «Православная Русь», «Православня жизнь», «Православный путь» и « Orthodox Life », особый орган на английском языке. Типографией издаются и литографические иконы и картины приснопамятного отца Киприана.

Летом монахи и семинаристы также работают в саду, на пасеке, на монастырском кладбище. Монахи и семинаристы принимают участие в богослужениях: поют и читают на клиросе, прислуживают в алтаре. В течение учебного года семинаристы посвящают значительную часть своего времени учебе в семинарии, а некоторые монахи являются одновременно и преподавателями в семинарии. Монахи в священном сане совершают богослужения в храме и окормляют паству.

КЛАДБИЩЕ

Местом упокоения многих русских православных христиан, преставившихся на чужбине, служит монастырское кладбище, созданное в 1936 г. неподалеку от монастыря. Главным украшением сего кусочка Святой Руси является Успенская церковь, воздвигнутая среди многих русских могилок с православными крестами и неугасимыми лампадами. В настоящее время строится еще одно кладбище. Для многих православных является огромным утешением то, что их близкие находятся под молитвенной опекой монастыря, в таком живописном и благодатном месте. Кладбища посещают не только родственники усопших, но также и монахи, и семинаристы. Монастырь очень серьезно относится к своему долгу молитвы за усопших, и имена православных христиан, погребенных на монастырских кладбищах, поминаются за каждой Божественной Литургией. Несколько раз в году на кладбищах проводится общая панихида, после которой у паломников в душе надолго остается чувство безмятежности и умиротворенности.

Очерк составлен по изданиям Свято-Троицкого монастыря.

Вышел в свет новый альбом, посвященный 75-летию Свято-Троицкого монастыря

В альбоме помещены многочисленные фотографии из жизни и истории обители.

Стоимость альбома – 35 ам. долларов.

Содержание:

Слово Настоятеля

История Свято-Троицкого монастыря в жизнеописаниях его настоятелей

Краткая история Свято-Троицкой Духовной Семинарии

Архимандрит Киприан и иконописная школа

День обители

Почившая братия

Послушания

Богослужения

Кладбище

Виды монастыря

За дополнительной информацией следует обращаться к протодиакону Виктору Лохматову по номеру: (315) 858-0940 или к протоиерею Андрею Соммеру, заведующему синодальным книжным складом: (212) 534-1601.


 


Официальная страница Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей.
Copyright © 2016
Synod of Bishops of the Russian Orthodox Church Outside Russia.
При использовании материалов, ссылка на источник обязательна:
"Официальная страница Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей"
75 East 93rd Street
New York, NY 10128, U.S.A.
Tel: (212) 534-1601
Э-адрес для информации, присылки новостей и материалов: webmaster@synod.com
Э-адрес для технических дел: info@synod.com