На главную

 

Покровский приход в Мельбурне

На благотворительном обеде в зале сиднейского храма в Кабраматта в поддержку женского монастыря в Бангарби с лекцией выступил настоятель Покровского собора в Мельбурне Николай Карыпов. Редактор газеты «Единение» побеседовал с отцом Николаем об истории и сегодняшнем дне самого большого мельбурнского прихода РПЦЗ.

Настоятель Покровского собора в Мельбурне о.Николай Карыпов

— Вы выросли в Сиднее, были в приходе Покровского храма в Кабраматта, получили первые уроки православия от основателя этого прихода священника Ростислава Ган. С начала 80-х годов вы переехали в Мельбурн и стали настоятелем Покровского собора. Вот уже тридцать лет этот приход является главной частью вашей жизни. А когда он создавался?
— Покровский приход в Мельбурне существует с 1949 года. Три года назад мы праздновали 60-летие. В то время прошли собрания группы православных людей, которые и положили начало прихода. Своего храма не было. В первый период послевоенные иммигранты снимали для проведения служб различные помещения. В 1954 году был куплен старый англиканский храм, построенный в 1875 году в стиле неоготики, который принадлежит нам до сих пор. В настоящее время его занимает небольшая община отца Игоря Филяновского. Даже в далеких 50-х годах члены общины понимали, что этот храм — нечто временное, потому что там были свои ограничения по размеру, весь храм и зал располагаются на узком пятачке между двух улиц, с общей площадью земли всего 711 квадратных метров. Поэтому, когда на праздники на службы приходили сотни людей, люди теснились в храме, а в зал также не хватало места, несмотря на перестройку его в 60-х годах. Ведь нужно было там размещать и школу, и столы для встреч прихожан, и сцену для выступлений.

— И когда решили строить новый храм?
— При моем предшественнике о. Владимире Евсюкове обсуждалась возможность найти нечто более просторное. Но тогда эти идеи не получили развития. Когда я был назначен на этот мельбурнский приход, переехав с супругой из Сиднея, и начал там работать в 1981 году, сразу собрал небольшую строительную группу, которая начала искать подходящую землю для нового здания храма. Пересмотрели много участков. В 1983 году нашли нечто и даже подписали контракт. Но Господь отвел это. Другая сторона не захотела продолжить, и мы вновь оказались в поиске. В конце того же года один из активных членов приходского совета инженер Александр Александров нашел участок в 5 километрах от центра города, на котором теперь построен нынешний храм. В то время это было не очень привлекательное место. Через дорогу была закрытая свалка на месте карьера кирпичного завода. У многих прихожан это вызвало отрицательные эмоции. Однако совет решил купить это место, хотя бы как вложение собранных денег, что и было сделано. Цена на участок была очень выгодная.
Однако строительство откладывалось. Многие старые прихожане не хотели уходить из уже «нажитого места» в Коллингвуде да и побаивались начинать новое большое строительство. «Кто это будет выплачивать, у нас одни пенсионеры», — говорили они. Постепенно в приходе стало появляться больше прихожан среднего возраста и в 1986 году начали прорабатывать художественную часть строительства. Архитектор подготовил первый план, подали его в городской совет и через некоторое время получили разрешение. Однако закладка первого камня была лишь в конце 1989 года. Покойный архиепископ Павел освятил начало строительства. Причем строили, можно сказать, своими руками в большой мере. По субботам приходили мужчины, засучивали рукава и брались за работу. В приходе была большая группа крепких мужчин с опытом строительных работ. Все бетонные работы, плотницкие, сварочные работы, штукатурные — все делали сами. И не только здание, но и убранство церкви — подсвечники, люстры и многое другое. Для работ по дереву мы пригласили резчиков из России, они замечательно выполнили иконостас и другие киоты.

— Какой внешний облик вы старались сделать для храма?
— Насколько мы могли, придерживаясь современных материалов и технологий, старались исполнить храм в Ярославском стиле XVI–XVII веков. Философское обоснование нам дал уважаемый священник отец Димитрий, позже он стал епископом Даниилом Александровым. Он был, своего рода, «Леонардо да Винчи», ориентировался в 15 языках, был прекрасным иконописцем, построил в Америке несколько храмов и, вообще, удивительный человек. Он нам четко и даже строго сказал — надо строить в Ярославском стиле, потому что это последний из исконно-русских церковных стилей.

— Знаю, что строительный процесс был долгим, не всегда простым и безболезненным, но перейдем к его завершающему этапу.

— Верно, строительство было не быстрым. Мы перешли из старого храма в новый, только в сентябре 2006 года. Новый храм был построен на несколько лет раньше, но мы не могли перейти из-за того, что не был построен зал. А в Мельбурне за многие десятилетия приходской жизни отработался такой стиль, что после воскресной литургии почти всегда бывает встреча во время обеда. Наши прихожане не живут близко к храму. Поэтому они пользуются возможностью после службы сесть за стол, пообщаться, перекусить. Поэтому нужно было закончить зал. Затраты на строительство были значительные, счет шел на миллионы долларов.

— Немало средств и сил было вложено, но в результате храм получился замечательный, с какой стороны не подойти — он просто красавец. Здесь и здание зала, или точнее общественного центра, в котором кроме зала и кухни располагается и школа, и другие необходимые общине помещения, просторные и удобные.

— Фактически у нас до сих пор идут некоторые доработки. Мы решили, что нужно построить лифт в общественном центре. Он будет пристроен снаружи здания. В школе преподается русский язык, закон Божий. В здании есть большой подвал, там планируем создать мастерские. Чтобы тот опыт, навыки, которые есть у старших поколений можно было передавать молодым. Я понял, что когда люди сами, своими руками принимают участие в создании храма, у них совсем другое отношение к нему. Они считают — это мой дом. Когда мы убираем храм, собирается немало прихожан 40–50 человек. Рекорд был — 75 взрослых, плюс многие были с детьми.
Сейчас, буквально, когда мы с вами говорим, в Мельбурн приехала и иконописец, которая на холстах привезла с собой следующий этап росписи храма. Сейчас в храме расписаны в основном только верхние своды. В прошлом году была сделана роспись западной стены двумя композициями Рождество Христово и Крещение Господне. Сейчас устанавливается (наклеивается) роспись северной стены. Здесь будет Преображение и Вход Господень в Иерусалим. Еще остаются две стены.

— Расскажите о ваших прихожанах. Сколько людей приходят на службы, много ли из них молодых? Из каких потоков иммиграции большинство прихожан?
— По моим подсчетам мы обслуживаем до 4 тысяч человек. Это люди, которые обращаются к нам по всем случаям жизни. Естественно, каждое воскресенье они не приходят, даже на Пасху приходит половина, около двух тысяч собирается на крестный ход. На воскресные службы собирается примерно двести прихожан. А основной наш костяк, наверное, около четыреста человек.
Демография нашего прихода сильно изменилась. Ушло целое поколение, которое приехало после войны в зрелом возрасте. Сейчас у нас средний возраст прихожан около 40 лет. На службы приходят много молодых семей с маленькими детьми, многие крестят детей. Я думаю это рекордная цифра крестин для нас, больше было может лишь в начале 60-х годов. Это очень радует. Приход у нас смешанный, в последние годы вливается все больше и больше людей из новой русской иммиграции. Наш приход также открыт и нерусским людям. У нас есть прихожане других православных культур — греки, македонцы, сербы, болгары. Бывают и уникальные смешанные браки. Буквально две недели назад у нас в соборе было венчание — жених православный иранец (перс), а невеста — румынка. Или был случай, когда жених был ливанец, а жена у него вьетнамка.

— На каком языке идет у вас служба?
— В основном служба идет на церковнославянском языке. Хотя много пользуемся и английским языком, это необходимо. Проповедь уже много лет я говорю на двух языках. В службу также вставляем небольшие части на английском, чтобы те, кто не понимает по-русски, чувствовали, что их не игнорируют.

— Какие тенденции в развитии прихода, какие трудности испытывает приходской совет?
— Приходской совет полон энергии и надежд на будущее. В конце прошлого года я представил для обсуждения Совета план развития прихода. У нас заканчивается важный этап нашей жизни — строительство храма и общественного зала. Но нельзя почивать на лаврах. Мы должны думать о будущем. Обсуждаем введение в приходском совете новых должностей, административных и общественных — по работе с молодежью, может быть, даже частично оплачиваемых.

— Приход оплатил уже долги за строительство храма?
— Да, долгов нет. Нам пришлось продать кое-какую недвижимость, чтобы рассчитаться с банком. Сейчас жизнь стала веселей. В бюджете прихода на ближайшие годы несколько сот тысяч долларов.

— Вы настоятель собора, но в храме есть и другие священники.
— В соборе немало духовенства. У меня два штатных помощника — отец Николай Далинкевич и о. Петр Шеко. Протодиакон Александр Абрамов, который также работает в Русском этническом представительстве.
Временно, вот уже два года, с нами иеромонах Кирилл Гарвас и дьякон Э. Мишрики — он египтянин. По воскресеньям на службе они с нами. Поэтому и английский язык больше вливается.

— А кто входит в приходской совет?

— Долгие годы в течение строительства храма старостой был Иннокентий Козулин. Он, к сожалению, немного не успел дожить до открытия храма. Сейчас староста у нас Михаил Иванович Стыркул. Казначей прихода Александр Белоцерковский, очень ценный, деятельный человек, который вместе со мной участвует в работе Епархиального совета. Секретарь прихода — Николай Вырубов. У нас подобрался хороший состав приходского совета. Около восьми лет старшей сестрой работает очень энергичная Любовь Коваленко. Ее сын Николай — регент в нашем церковном хоре. У нас есть и еще один регент Димитрий Супрунович, они работают параллельно.

— Престольный праздник вашего собора — Покров Пресвятой Богородицы, 14 октября. Наверное, это хорошее время для гостей из других приходов и городов приехать к вам на праздничную службу и послушать, как поет хор?
— Мы уже сейчас думаем об этом. В этом году престольный праздник приходится на воскресенье, значит, будет много людей. В нашем зале можно поставить столы на 200 человек. Чтобы всем гостям нашлось место, придется на улице устраивать навесы и ставить столы еще для доброй сотни человек. Так что жизнь прихода продолжается.
Нам бы хотелось, своей жизнью показать нашим детям, подрастающему поколению пример, рассказать окружающим людям о православии, о нашей богатой духовной культуре. О том, что церковь это не нечто далекое, а это очень жизненно.
Храм привлекает к себе немало внимания и австралийской публики. К нам часто приходят группы детей из католических и англиканских школ, скауты, австралийские пенсионеры с целью познакомиться с нашей православной жизнью, посмотреть, как проходят службы у нас. Слушают, смотрят, часто задают серьезные вопросы, видно, что наша вера вызывает у них большой интерес, даже на культурном уровне.

Роль церкви в сохранении русской культуры за рубежом трудно переоценить. Если бы не регулярные встречи русской общины в православных храмах, русская культура, ее традиции уже у второго поколения иммигрантов растеклась бы мелкими ручейками, растворились в большом потоке австралийской жизни. Покровский собор Мельбурна выполняет большую работу для русской общины уже 63 года.

Адрес Покровского кафедрального собора в Мельбурне: 1–7 Albion St East Brunswick Victoria.

Беседовал
Владимир Кузьмин, Сидней
unification.net

 


 





Официальная страница Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей.
Copyright © 2016
Synod of Bishops of the Russian Orthodox Church Outside Russia.
При использовании материалов, ссылка на источник обязательна:
"Официальная страница Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей"
75 East 93rd Street
New York, NY 10128, U.S.A.
Tel: (212) 534-1601
Э-адрес для информации, присылки новостей и материалов: webmaster@synod.com
Э-адрес для технических дел: info@synod.com