На главную

 

Русские зарубежные школы. 
Протоиерей Ярослав Беликов (Сан-Франциско)

Вcтупление.

За 90 лет в эмиграции появилось и исчезло множество самых разнообразных русских организаций, школ, кадетских корпусов, военных объединений, шахматных клубов, театральных кружков, физкультурных институтов, молодежных организаций самых разных направлений, и многие другие. К сегодняшнему дню их остались единицы. Единственным связующим звеном выживших и процветающих ныне русских зарубежных организаций является Русская Православная Церковь. 

Приходские школы.

Можно проанализировать успехи и промахи каждой организации в отдельности, однако, наблюдательному взгляду становится ясно, что русский человек, отходя от Церкви, перестает интересоваться русским языком и русской культурой, быстро становясь гражданином мира, оставаясь русским только по названию.

Совершенно естественно, что при зарубежных приходах с самого их основания стали организовываться школы, которые обычно так и называли – русской школой, в отличие от местной (американской, французской, аргентинской). Занятия проводились и проводятся, как правило, по субботам, так как по воскресеньям дети посещают со своими родителями богослужения.

В нашем докладе мы вынуждены обойти молчанием довоенный период – славные годы эмиграции, когда в некоторых городах заграницей оказались в полном составе педагогические коллективы разных императорских школ. Так в  Югославии, Китае и Франции появились не только Гимназии, но также Высшие учебные заведения и Кадетские корпуса.

Чтобы понять лучше условия, при которых создавались русские школы, нужно понять, как жили русские в эмиграции. Эмигранты должны были бороться за выживание. Вплоть до 70-х годов прошлого столетия почти нигде на Западе не признавались ни императорские, ни советские дипломы. Высококвалифицированные русские профессионалы на Западе должны были зарабатывать на хлеб насущный становясь чернорабочими. Многие работали на двух или даже на трех работах, чтобы сводить концы с концами. К этим сложностям присоединялось русофобское отношение местного населения, с подозрением смотревшего на русских как на советских шпионов и коммунистов-агитаторов. В дополнение ко всему - чужой язык, незнание местных обычаев, непривычный климат.

На общественную деятельность  выкраивалось свободное от работы время. Между прочим, и священники, за редким исключением, работали на гражданских работах, а вечерами по будням, как и в выходные дни, посвящали время приходским делам, совершали богослужения и требы, свадьбы и похороны, вели занятия в школах, посещали больных, проводили беседы... В начале русские эмигранты селились в бедных районах, в первую очередь приобретая помещения для обустройства  храмов. До сих пор во многих городах зарубежья существуют такие домовые храмы.

Приходские школы создавались буквально на пустом месте, благодаря исключительному энтузиазму пастырей, родителей и педагогов. Не было помещений для школы, не было учебников, часто не было квалифицированных учителей, и, разумеется, не было спонсоров. Были дети и их родители. Все нужно было устраивать на имеющиеся (скорее на неимеющиеся) средства. Занятия проводились на квартирах у священников, в храмах или у кого-то на дому. Учебные пособия печатались на пишущей машинке под копирку, иногда переписывались от руки. Учителями часто становились родители. В основную программу входили Закон Божий и русский язык. Со временем к этим предметам прибавлялись История России, География России, Родиноведение, Русская Культура, Пение (церковные песнопения и народные песни), народные танцы, рукоделие и тому подобные предметы, способствующие развитию в ребенке русского духа. Вначале вся педагогическая и административная работа совершались безвозмездно.

Уже к началу 60-х годов, благодаря неутомимой работе на пользу общего дела, начали строиться храмы, небольшие, но все-таки свои, русские православные храмы. Рядом с храмом обязательно находится приходской зал, если возможно, с помещениями для классов. Вечерами, по будням, собирались кружки разных направлений и интересов, по субботам там проходили занятия русской школы, по воскресеньям устраиваются «пирожки»: чашки чая и пирожки за определенную плату. Таким образом на вырученные деньги существует приход, выплачиваются займы, украшается храм Божий, печатаются новые учебники. Эти обеды после воскресной Литургии до сих пор пользуются большим успехом, так как многие прихожане живут далеко от храма и далеко друг от друга, а на обедах есть возможность пообщаться друг с другом в непринужденной атмосфере, узнать новости о том, что происходит и в русской колонии, и в личной жизни. Здесь также происходит не только знакомство и общение прихожан, но и сплочение приходской общины.

Вначале условия не позволяли координировать школьную работу по всему зарубежью,  не только на разных материках, но часто даже в одном городе разные школы составляли свои программы, писали и издавали свои учебники. Понятно, что одни были лучше, другие были слабее. Так в начале 60-х годов вышла в свет книга «Закон Божий для Семьи и Школы» прот. Серафима Слободского, выдержавшая в эмиграции 9 изданий, и в 80-х годах переведенная на английский язык. Сейчас в России эта книга переиздана в огромных тиражах, и уже попала на интернет. Сегодня во многих школах эта книга является единственным пособием для Закона Божия. В то же самое время многие школы имеют свои учебники, отвечающие  своим специфическим нуждам.

Сейчас большинство приходских школ взимают небольшую плату за правоучение на покрытие расходов, и педагоги получают очень скромное вознаграждение за свои труды, а многие учителя все еще работают безвозмездно. Как  всем известно, школа никогда и нигде не была прибыльным предприятием. Плата за правоучение никогда не покрывала и не покрывает расходов школы, и поэтому при приходских школах с самого их образования действуют родительские комитеты. Они устраивают разные мероприятия для сбора средств, как базары, балы, вечеринки, концерты, пирожки, и т.п.

Фактически, при каждом крупном приходе зарубежом была организована субботняя школа. Хотя некоторые из этих школ закрылись, но ещё и сегодня имеются приходские школы, в которых учатся от пятидесяти до двухсот учеников в районах, как Нью Йорк, Сидней, Чикаго, Буэнос Айрес, Сан- Франциско, и другие, где проживает сравнительно много эмигрантов.  

Ежедневная школа

Во многих местах возникала мысль о создании ежедневной школы. Организационные и финансовые трудности при этом умножались, так как необходимо получить не только государственную аккредитацию, но и собрать значительную сумму – сотни тысяч в год для небольшой школы. Осуществить такой замысел удалось школе при Синоде в Нью Йорке (старшие 6 классов, просуществавшая 30 с лишним лет), в Буэнос- Айресе (младшие 7 классов, 8 лет). Сравнительно недавно начала работать ежедневная школа при Скорбященском Соборе в Сан-Франциско: Лицей имени свят. Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, действующий уже 15-й год. Наряду с полной программой американской школы (все 12 классов) там преподаётся Закон Божий в каждом классе, соблюдается православный календарь с православными праздниками, а в столовой в постные дни предлагается соответствующая пища.

Нельзя не упомянуть несколько созданных за последние 15 лет русских ежедневных школ с полной местной аккредитацией, но чисто светского характера. В этих школах имеется более или менее насыщенная русская програма, и учатся в них или родившиеся в России дети, или дети недавно прибывших из России иммигрантов. Хотя их выпускники говорят по-русски неплохо, но лишённые духовности и подлинной любви к России, они невероятно быстро ассимилируются. 

Ассимиляция

Помимо сложностей, связанных с финансированием и организацией школ, самой трудной оказалась борьба с духом окружающей среды. Совершенно естественно, что страны, принимающие иммигрантов, заинтересованы в том, чтобы их иммигранты интегрировались социально, экономически и культурно в принявшую их страну, иными словами, чтобы они ассимилировались. Первым шагом в этом направлении является язык.

Проблема иммигрантов - это языковый барьер, препятствующий не только общению, знакомству и  работе вместе. Попадая на чужбину, человек с одной стороны старается как можно скорее овладеть местным языком, а с другой стороны тянется к своим соотечественникам. Понятно, что взрослым новый язык дается труднее, чем детям. Дома  родителям легче общаться с детьми на родном языке. В то же самое время, общаясь со сверстниками на местном языке в школе и на улице, дети усваивают этот язык, а дома разговор остается на весьма ограниченном уровне: «передай соль», «иди делать уроки», «болит голова», «ложись спать». Очень скоро детям становится легче общаться на местном языке, и дети начинают общаться между собой только на нем. Чтение на русском становится  трудным, так как каждое второе слово уже непонятно. Таким образом и начинается ассимиляция. Чем дальше, тем труднее: детям со временем становится трудно общаться на русском языке с родителями, к тому времени родители достаточно овладевают местным языком, и уже говорят с детьми на ломаном местном языке.

В семьях, где остаётся глубоко осознанное понимание своих корней, своих духовных и культурных ценностей, к заботам воспитания детей прибавляются новые сложности, существующие только в эмигрантских условиях, а именно, передать детям русский язык и свое культурное наследие. Это является действительно титаническим трудом. Борьба ведется не только за разговорную речь: нужно развивать язык и словарный запас, нужно знакомить с русским духовным и культурным миром, нужно создать социальную атмосферу для общения с другими русскими православными семьями. Именно здесь никто не может помочь так, как приходская школа. На уроках русского языка грамматика закрепляет разговорную речь, Закон Божий открывает духовный мир, история и география не только дают познания о России и развивают лексикон, но прививают любовь к Родине прародителей. Вся школа дает социальную атмосферу, где дети учатся общаться с русскими сверстниками.

Еще важнее, чем школы, для замедления ассимиляции играет Русская Церковь. Православная вера является основой русского духа, русской культуры. Без Православной Церкви не может быть ни русской культуры, ни русского духа. Именно поэтому фактически все общественные организации, действовавшие без духовной церковной опоры, уже давно прекратили свою деятельность, растворились в стране далече.

Ваш покорный слуга имел возможность ходить в Буэнос-Айресе в единственную не приходскую русскую школу существовавшую заграницей. В прошлом году она отметила свое 60-летие и успешно продолжает воспитывать русских патриотов. Главной причиной ее успешной работы является программа, построенная на основах скаутской молодежной оганизации ОРЮР, отмечающей в этом году 100-летие русского скаутского движения: хотя организация не сугубо церковная, но вся ее программа зиждется на воспитании любви к России  и Православию. 

В то же время, когда зарубежом идет ассимиляция, т.е. потеря русского национального самосознания, для многих эмигрантов, не имеющих времени, способности и сил, является более важным сохранить православную веру, чем русский язык и русскую культуру. В этих семьях, как это ни парадоксально, лучше сохранился русский дух, чем в семьях, посвятивших свои труды нецерковным русским общественным организациям. 

Работа с родителями

Вторая серьезная проблема, с которой сталкиваемся в зарубежных школах это – родители. Грубо обобщая,  создается представление, что представители первой, послереволюционной, эмиграции были не достаточно глубоко знакомы с православием.  Вторая эмиграция состояла из выросших в годы самого страшного наступления воинствующего атеизма. Третья эмиграция - это исход людей еврейской национальности  из СССР. Четвертая эмиграция – это люди родившиеся и выросшие в безбожном Советском Союзе. Нетрудно увидеть, что общим знаменателем русских эмигрантов является поверхностное восприятие Православной Веры. Однако, для многих из них обязательным является соблюдение обрядов: на Пасху – необходимо освятить куличи, на Богоявление – взять святую воду; исповедоваться и причащаться нужно раз в год (и не больше); поститься нужно только священнослужителям и монахам; молиться можно и дома, в храм ходить не обязательно, разве что по большим праздникам. Детям, выросшим с такими понятиями о православии дома, нелегко преподавать Закон Божий в школе. Православие – это не отвлеченное философское учение, а образ жизни. Когда ребенок слышит от священника одно, а дома у него жизнь совсем иная – слово падает на каменистую почву, не давая плодов. И возникает вопрос: имеем ли мы право под знаменем духовных ценностей устраивать дома религиозную войну между ребенком и родителями? Поэтому совершенно необходимо проводить работу со всей семьей: личные беседы с родителями, посещение домов, привлечение всей семьи в литургическую, духовную и приходскую жизнь.

Выходит, что без приходской школы  обойтись невозможно.

С точки зрения религии, в школе не только прививаются знания о православии, но также навыки православной жизни: молитва, нравственность, праздники и посты, причём даются не одни сухие знания, но также  прививается любовь к России. Мы постоянно твердим нашим учителям: нам не надо, чтобы дети знали даты праздников, когда не положены земные поклоны, сколько чудес совершил Спаситель, или что можно есть во вторник четвертой седмицы Великого Поста, а нам нужно чтобы дети любили Бога и Его Церковь; нам не надо, чтобы дети хорошо знали склонения и спряжения, когда и в какой долине погиб Лермонтов, или в каком году было Ледовое побоище, а нам нужно чтобы дети любили читать русскую литературу, любили Россию. Именно это может дать только приходская школа. Занятия русским языком дома – недостаточны для воспитания в русском духе.

Нельзя обойти молчанием, что за последнее десятилетие зарубежом было основано немало светских русских школ, благодаря новой волне эмигрантов. Но в них отсутствует неотъемлемая составляющая России – Православие. Эти школы -  песчаная почва, в которой нет глубины русского православного духа, и, в сравнении, уровень русского языка у выпусников этих школ может быть и выше, но никак не глубже. 

Дети растут

В идеальном случае, когда и дети, и их семьи втягиваются полностью в русскую приходскую школу, ребенок растет одновременно в двух мирах: в русском и в местном. Эти два мира сосуществуют гармонично до поры до времени, пока дети не становятся (о ужас!)

подростками, а затем молодыми людьми. В процессе этого становления наступает момент, когда подросток задает себе вопрос: «а кто я такой?», и неизменно следует ответ: «я не являюсь тем, кем мои родители меня представляют, что мои родители хотели из меня сделать!». В поисках своей идентичности молодежь часто отходит от церкви, независимо от огромных усилий со стороны родителей и священников. Порой молодой человек даже не подозревает, в какой степени он действительно является тем, что заложили в него родители и школа. И самоопределение молодых людей будет в большой степени зависеть от того, сколько русского и православного было заложено в их сердцах.

Образование своей семьи у молодых людей тоже сопряжено в эмиграции с особенными трудностями. Вообще в любой стране, в любой культуре, не просто создать любящую, крепкую и дружную семью. Русский мир для молодого эмигранта оказывается очень ограниченным в выборе, и в результате наши воспитанники иногда вступают в брак с чуждыми по духу инославными людьми.

Как правило, смешанный брак –это наибыстрейший путь к ассимиляции. Хотя и бывают счастливые исключения, когда в смешанном браке нерусская, неправославная сторона не препятствует русскому православному образованию детей, иногда помогает и даже активно включается в работу. К стыду многих этнически русских, в некоторых смешанных семьях встречаются дети, говорящие по-русски гораздо лучше, чем в чисто-русских семьях.

Как это ни прискорбно, молодежь, несмотря ни на какое воспитание, очень часто отходит от Церкви, православия и всего русского. Но всё же, в свое время, многие возвращаются. И возвращаются почти исключительно те, кто получал образование в приходских школах. Те же, кому родители не дали возможности ходить в приходскую школу, отойдя от Церкви, возвращаются редко.

Но православная вера остаётся. Во многих храмах зарубежья в богослужениях употребляется местный язык, в некоторых приходах местный язык даже полностью вытеснил русский. Очень интересно, что местное население уже десятилетиями тянется к православию, разочаровавшись в своих ересях, и принимают крещение, часто целыми семьями. Некоторые принимают монашество, некоторые священный сан. К примеру, сейчас в Западно-Американской епархии больше половины священников – не русского происхождения. Уже несколько епископов Русской Православной Церкви заграницей этнически не русские.

Потихоньку и незаметно приоритет в зарубежье перемещается с России на Православие. И выходит интересный парадокс: те организации, школы и семьи, которые в основу своей деятельности ставили Россию без Православия, исчезли за одно поколение; те же, кто во главу угла поставили Православие, сохранили любовь к России даже тогда, когда потеряли русский язык.  

Заключение:

Если внимательно присмотреться, то мы увидим много общего между жизнью русской эмиграции в советские годы, и сегодняшней жизнью православных христиан в России.

Хотя гонений на христиан сейчас нет, всё же православные в России, как и во всём мире, живут в бездуховном, материалистическом мире.

Православные окружены непониманием со стороны некрещеных, и враждебностью со стороны сектантов.

В православной семье происходит действительно титанический труд родителей в борьбе с влиянием безбожных средств массовой информации и окружающей бездуховной космополитической среды.

Многие добронамеренные родители в православных семьях о нашей вере знают крайне мало.

Да, так же, как и во всем мире, наши дети становятся подростками и у них наступает гормонная революция, многие из них отходят от Церкви. И также как и повсюду, в России их возвращение на правильный путь в большой степени будет зависить от того, что в них было заложено в детстве.

И как досадно бывает, когда воспитанный в Православии человек, вступает в брак с совершенно неверующим: не является ли это потерей для Церкви? А как ему быть, если он, посещая регулярно  храм, не научился общаться с верующими сверстниками?

На помощь родителям в деле воспитания детей приходит приходская школа, созданная инициативой самих родителей и священников, фактически без посторонней финансовой помощи. Приходская школа не только воспитывает детей в православном духе, заполняет пробелы бездуховного светского образования в области истории и культуры, но и создает социальную атмосферу православным детям и их семьям.

Поэтому, так же как и в русском зарубежье, в России необходима приходская школа. Только основанное на Православии образование способно вырастить подлинных русских по духу патриотов.

Да благословит Господь всех, кто трудится в создании приходских школ, и ведет кропотливое, на вид незаметное, дело воспитания будущих общественных деятелей и граждан Русской Церкви и России. 

 


 





Официальная страница Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей.
Copyright © 2016
Synod of Bishops of the Russian Orthodox Church Outside Russia.
При использовании материалов, ссылка на источник обязательна:
"Официальная страница Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей"
75 East 93rd Street
New York, NY 10128, U.S.A.
Tel: (212) 534-1601
Э-адрес для информации, присылки новостей и материалов: webmaster@synod.com
Э-адрес для технических дел: info@synod.com